Ключ к легенде

Ноин, зажав рот, вытянутой рукой указывала на него самого, Яале пятилась к дому, яростно мотая головой, и не сводила глаз с забора. Она что-то повторяла без конца, но Айт не мог расслышать, в ушах гудел ветер. Шагнул вперед, и Ноин истерично завопила уже в голос. Позади послышался глухой стук, остановивший Айта, и он обернулся. Сквозь изумрудное марево узрел человека, того самого, четвертого.

И, лишь склонившись над ним, понял, что именно твердила без остановки Яале.

— Это не я… Не я… — широко раскрытые глаза пронзили его мертвым взглядом.

Седая борода, окрашенная в яркий цвет рубинов, все так же покоилась на мантии, но уже не такая аккуратная, а спутанная и жалкая. У Айта затрясся подбородок при виде старого друга, встреченного все же сегодня. — Это не я! — Его руки были все в крови, за ним развевались изумрудные крылья, сияющие в свете луны. — Я не мог!! Не… Нет… — Тени исступленно плясали у его ног.

На пороге стояла Бае, целясь в него из арбалета — пощады ему ждать не стоит. И Ноин, и Яале, смотревшие на него как на чудовище, и Бае, не имевшая ни тени сомнений в его причастности к убийству Бейна, уже осудили его и приговорили.

Айт упал на колени у тела архивариуса, прижал дрожащую руку к его груди.

— Прости… Бейн, я не понимаю! Как??

Яале осмелилась подойти к лорду, видя его таким сломленным. Ноин пыталась удержать, но сестра стряхнула ее руку, дрожа от злобы и бессилия.

— Ты! — закричала она, схватив Айта за волосы и задрав его голову вверх, чтобы он смотрел ей в лицо. Потухшие зеленые глаза встретились с пылающими местью желтыми.

— Ты виноват! С тех пор как появился, все рушишь!

— Это не я… — Айт с силой зажмурился, дернулся от тяжелой пощечины, отвешенной Яале. — Не понимаю… — От следующего удара голова свесилась в сторону. Он даже не сопротивлялся. — Не трогал…

— Хорошо, я признаю! — закричала Яале, начиная уже трясти его за плечи. — Я! Я трогала! — Обхватила его голову, цедя в лицо: — Я вас поцеловала, вы ни при чем! Перестаньте только биться в истерике, будто я вас достоинства лишила прилюдно! Вы себя калечите!

Лорд вжал пальцы в землю.

Теплую, влажную. Отпрянул от легкого похлопывания по щеке.

— Нет, я не хотел… — Веки просто слиплись, отказываясь открываться и показывать ужас вокруг. Он чувствовал, что руки в крови, их тошнотворную липкость, в носу увяз сладкий запах железа и яблок, вызывая головокружение.

— Как вас зовут-то хоть… Господи… — протяжно выдохнула Яале, не понимая, что ей делать с дрожащим комком у своих ног.