Во имя Камелота

На Трину смотрели глубокие синие глаза, а она — на пухлые губы, загорелую, бронзовую кожу и четкие квадраты мышц груди, которые обнажала развязанная льняная рубашка. Да, это совершенно точно был рыцарь, за которым она так долго наблюдала из окна сегодня.

— Мне кажется, леди не очень очарована тобой, Гавейн, — хмыкнул кто-то из стоящих рядом рыцарей, и с губ Мерлина сорвалась легкая усмешка.

Однако Гавейна это совсем не заботило. Он продолжал протягивать руку, уверенный, что она подаст свою, и прожигать ее взглядом, в котором сверкали искры веселья.

— Это только пока, — невозмутимо парировал он. — Леди Трина, если не ошибаюсь?

Он растянул губы в полуулыбке, смотря на то, как она до сих пор мешкает. Так, ей стоит взять себя в руки.

Трина протянула ладонь, стараясь казаться невозмутимой и холодной.

— Не ошибаетесь.

— Что ж, прекрасно, — он легко коснулся горячими губами ее руки и тут же отпустил. — Теперь, чтобы не ошибались и вы – сэр Гавейн, лучший рыцарь Его Величества.

— И, должно быть, самый скромный, — снова вырвалось у Трины, и король издал еще один смешок.

— А ученица у тебя с характером, Мерлин, — прокомментировал он. — Что ж, в Камелоте это даже хорошо. Однако, прошу вас, леди Трина, будьте более милостивы к моим рыцарям. Они еще нужны этому королевству, а с растоптанной гордостью приносить обществу пользу невозможно.

Мерлин, все это время молчавший, подал голос:

— Я проведу с Триной несколько уроков этикета. Хотя бы потому, что она вовсе не леди, а деревенская девчонка.

Этот маг, и в самом деле, имел дурной характер. Он пытался задеть ее? Трина явно слышала, как сэр Гавейн весело хмыкнул, но, посмотрев на него, обнаружила только непроницаемое, по-солдатски строгое выражение лица.

***

Спустя несколько часов, после знакомства с остальными рыцарями и осмотра замка, все примечательные персоны Камелота собрались за ужином. Удивительно, но, кроме служанок и Трины, в зале не было ни одной женщины.

— А где же королева Гвиневра? — шепотом, самым тихим, на который была способна, спросила она у Мерлина.

— Я предупреждал тебя. Ты задаешь очень опасные вопросы. Запомни один раз и больше не открывай эту тему. Королева Гвиневра и Ланселот были казнены больше года назад за измену.

Трина нахмурилась.

— Разве это не случилось гораздо позже? Сколько сейчас Артуру, лет двадцать пять?

Мерлин кивнул.

— Да, ему именно столько.