Во имя Камелота

— Артур, — протянул маг с ноткой сарказма, — давно не виделись. Позволь познакомить тебя с Триной.

Так значит, блондин и есть король, подумала Трина. Почему-то она представляла его себе куда старше и… Не таким привлекательным.

— Ваше Величество, — она поспешила кивнуть, прикидывая, стоит ли сделать реверанс, или в этом времени ее бы не поняли. Однако, пока думала, время ушло.

Артура это, казалось, ничуть не смутило. На его лице отражались вежливый интерес и дружелюбие — никакой суровости. Трина была заинтригована.

— О, Мерлин, завел себе новую даму сердца? — раздался насмешливый вопрос темноволосого. И если голос Артура звучал, как мед, то голос этого рыцаря походил на воплощение всех возможных грехов одновременно.

Характеру Трины было достаточно всего одной искры, чтобы вспыхнуть. Она изо всех сил старалась не смотреть на говорившего, чтобы не испытывать соблазна сказать ему что-нибудь грубое в ответ.

«Кто этот бесцеремонный козел?» — вместо этого прошептала она Мерлину, как ей казалось, достаточно тихо, однако Артур, стоявший близко, услышал. Он разразился звонким юношеским хохотом, который, подумала Трина, вовсе не подобает королю.

— Ты слышал, Гавейн? — обратился король к сопернику. — Эта милая девушка назвала тебя бесцеремонным козлом.

На этот раз щеки Трины вспыхнули уже не от гнева, а от смущения.

— Ваше Величество, я… — поспешила она исправить свою оплошность, боясь, что навлечет на себя гнев короля в первые же пять минут знакомства.

— Все в порядке, — Артур примирительно поднял руку, продолжая улыбаться. — Вы просто с первого взгляда поняли его истинную сущность.

— Вообще-то я все еще здесь, — деланно проворчал темноволосый рыцарь, подходя ближе и отпихивая Артура в сторону. Трина была поражена такой вольностью. — Позвольте начать сначала, миледи.

Он протянул руку, призывая подать ему ладонь для поцелуя. Трина решилась поднять на него взгляд и уже не смогла отвести его.

Возможно, все это было сном, если за последние несколько минут она увидела двоих настолько прекрасных мужчин одновременно. Король был, безусловно, привлекателен и притягивал взгляд, а рыцарь… Если бы постеры в комнате Трины слились в один, скрестив всех красавчиков в мире, то, наверняка, получился бы этот темноволосый грубиян. Черные волнистые волосы, влажные после тренировки, обрамляли привлекательное лицо с грубыми чертами и четко очерченными скулами.