Змеиный брод

Даже после встречи с Кусакой… Вы ведь остались, а не сбежали отсюда, как поступил бы любой здравомыслящий человек.

Его губы впервые тронула усмешка. Доктор не спеша размешивал сахар, как и в первый раз. За этим монотонным действием пряталась попытка скрыть чувства и воззвать к логике.

Вита всегда боялась людей разума, потому что не понимала их. Ею управляли сиюминутные порывы и очень редко — трезвый расчёт. На месте Ирия она бы уже что-нибудь разрушила.

— Здравый смысл меня ещё не оставил, госпожа, поэтому спрошу: как умер этот человек?

— Без моего участия.

— А точнее?

— Это один из железнодорожных рабочих. Скорее всего, упал с насыпи. Свернул шею. У него сломан второй позвонок, можете сами убедиться.

На удивление, доктор сразу поднялся.

— Ваш… улган больше не будет мне мешать?

— Нет. У него был приказ: стеречь тело в моё отсутствие.

— Вы не ночевали дома?

— Это имеет отношение к делу?

Ирий развёл руками.

— Вы мне скажите. Но для начала — поставьте себя на моё место. Последнее, что я ожидал увидеть с утра пораньше, — свежий труп.

Выдержка доктора дала слабину. На последних словах он повысил голос и, кажется, сам от этого смутился.

— Увы, нет. Но я говорила, что дружу со степняками. Проходите. — Вита распахнула дверь, ведущую в чулан, и зажгла лампу. Отбросив ткань, с досадой отметила перемены: процесс разложения шёл медленно, но остановить его Вите было не под силу.

— Третьи сутки, полагаю? — Ирий одним точным движением повернул голову рабочего.

Пальцы доктора нашли затылочную трещину и скользнули вниз. Он кивнул в подтверждение — больше самому себе, нежели хозяйке дома.

— Сокрытие трупа — всё равно преступление. Его станут искать, вы же понимаете?

Вита сжала пальцы — до хруста в костяшках.

«Ты ведь понимаешь, что это значит?» Голос Никона Ирия не был похож на голос отца, и всё же под рёбрами кольнуло.

— Да. Вы донесёте господину Черешу? Это глава городской стражи, его кабинет находится на первом этаже в ратуше, сразу за поворотом…

— Перестаньте! Я хочу разобраться, а не навредить вам.

Вита заметила, как пальцы на левой руке доктора по очереди соприкасаются с большим, как если бы он подсчитывал что-то в уме.

— Шестьдесят часов. Плюс-минус два.

— Я рассчитывала на другой расклад.