Змеиный брод

Лицо его стало сосредоточенным, внимание перешло в ладони: чуткие пальцы двигались от лодыжки вверх, слегка надавливая на кость. Один раз Вита не сдержалась и охнула.

На вопросы о том, когда усиливается боль, случаются ли дрожь, онемение, слабость и ломота в других частях тела, она отвечала односложно. Голос Никона — глубокий и низкий — погружал в странное состояние, когда не хотелось его прерывать. Вита ощутила себя змеёй, зачарованной не столько звуком, сколько движениями доктора. Любые намёки на неловкость исчезли.

На мгновение ей стало стыдно за свою несдержанность: почти два года она не видела новых людей, не говорила ни с кем, кроме степняков — совсем одичала, как сказал бы Алтан. Конечно, приезжий доктор не мог знать их обычаев и весьма смутно представлял, что натворила дочь Владана Карду...

— Мне понадобятся образцы крови и костной ткани, — сказал Никон, поднимаясь с колен. — Я бы хотел провести забор в других условиях, но боюсь, вариантов у нас нет.

Он скользнул взглядом по ширме, за которой виднелся уголок кровати.

— Будете резать? — усмехнулась Вита.

— Нет. Для кости есть особая игла, хотя не стану врать: процедура малоприятная и требует местного обезболивания.

— И что, мне никак не избежать пытки? — За остротой мелькнула горечь.

— Госпожа, я ведь не могу... насильно. Но опухоль под коленом растёт, и мне надо понять, насколько она опасна. Остеома со временем может стать проблемой.

Никон потёр переносицу согнутым пальцем. Он так и не сел за стол, оставшись стоять у окна.

Дождь стихал: ливень превратился в морось, блестящую в лучах небойкого солнца.

— Завтра я вернусь с инструментами. Процедура займёт около двух часов.

— Через день, — поправила Вита, тоже поднимаясь, чтобы проводить доктора. — Завтра в городе празднуют Час Памяти. Последняя неделя лета начинается с шествия по улицам: все двенадцать Ветвей отдают дань Матери. Город будет запружен. После этого наступит Час Тишины — тогда и приходите.

Вита подала ему плащ.

— Никто не должен узнать, где вы были.

Возвращайтесь дорогой через станцию, мимо складов. Выйдете к реке, а оттуда — по мощёной тропе вдоль берега.

Никон понимающе кивнул. Лабиринт Шипов был виден издалека, так что гость не заблудится.

— До встречи, госпожа Карду.

— Всего доброго, господин Ирий.

Она постояла на пороге, провожая его взглядом, наблюдая, как доктор по камням переходит протоку, минуя Змеиный брод, и солнце светит ему в затылок, рождая золотистый ореол.