Ель

Гонимые этим ветром, луну вспарывали тонкие сиреневые облачка. Падали звёзды. Рассекали по лесу совы, и где-то среди них затесалась моя сова Филипповна.

– Ты всегда к ней так привязан. К Пелагее, – зевнув, сказала я.

– Верно, – подтвердил Кю. – Привязан. Она мне очень нравится. После того, как я отдал человечью суть Болотному Хмырю, моя не-жизнь и не-смерть стала похожа на сказку. Но даже здесь есть то, что меня пугает. Тени. Непостижимые. Вчера они сожрали ещё несколько Инычужей.

– То есть как сожрали? – пронзило холодом меня.

– Ну да, паразитируют. Но так, что ты и память, и самосознание теряешь. Тени встраивают в тебя свою сущность, свои желания… Но погоди. Звучит так, словно ты уже имела с ними дело.

– Мы побывали у одной ведьмы, – призналась я. – Это она виновата, что тени распространяются. Она крадёт людей из города и превращает их в своих теневых слуг. Некоторые слуги от неё сбегают и ищут, куда бы им пристроиться. А поскольку вы с тенями сущности родственные, вот и получается…

– Тогда нам срочно нужна эта ведьма, – посуровел Кю.

Глава 22. Только твой ворон

От костра мы незаметно переместились в гостиную, где выдули на троих дюжину чашек тонизирующего отвара, который Хрюнозай наготовил на неделю. Из гостиной перебрались в мою комнату. Я наспех переоделась, забралась под одеяло и приглушила огонёк в ночнике так, чтобы он тлел едва-едва.

А Кю всё не думал уходить. Они с Арасом вели серьёзный мужской разговор.

– И что ты предлагаешь? – скептически спрашивал Арас.

Кю ответил, что умеет перевоплощаться и в ветер, и в грозу, и во что угодно. Такова сила его любви к Пелагее. Он сказал, что собирается досадить ведьме, превращаясь то в одно, то в другое. Это я уже на грани сна расслышала.

Хрюнозай приполз к нам на совещание и на пару с Арасом пытался отговорить его от гиблой затеи.

«Ну изведёшь ты ведьму, а дальше что?»

И то верно: проблему с тенями такой подход не решал.

Ближе к рассвету Арас и Кю разошлись по домам, так ни о чём и не договорившись. Со мной остался только Хрюнозай. Он без задних лап дрых под моей кроватью, откуда слышалось его мерное сопение.

Подзаправившись ключевой водой, которая каждое утро сама собой появлялась в каменной чаше бассейна, я двинулась на занятия.