Ель

Упомяните при продавце имя Марины Михайловны, и он вам, как на духу, выложит, что эта поганая стерва умеет мастерски выбивать скидки, причём никто не в состоянии ей противиться. Чтобы не разориться, владелец лавки принял единственно верное решение – не пускать ведьму на порог, для чего даже установил магический заслон (не дешёвое, между прочим, удовольствие).

Заслон не пропускал только конкретную личность, в чём мы с Арасом убедились, когда беспрепятственно прошли внутрь.

На днях в антикварную лавку завезли партию редких столовых приборов.

Некогда они принадлежали весьма состоятельному семейству, все члены которого скоропостижно скончались один за другим по неустановленной причине. Их дом считался зловещим, проклятым и был пропитан особой энергетикой, которую не могли не впитать прибывшие в лавку серебряные приборы.

Марина Михайловна велела приобрести их не торгуясь, по любой цене.

– Но всё-таки поинтересуйтесь, могут ли вам скостить, – посоветовала она перед нашим уходом. – Так поступают все нормальные люди.

Если не спросите про скидку, ещё чего доброго подумают, что вы психи.

Глава 20. Раненая

Столовые приборы достались нам ровно по той цене, какую заломил продавец. При упоминании скидки с беднягой чуть не случилось припадка. Он стал задыхаться, пошёл пятнами, и нам ничего не оставалось, кроме как смириться с изначальной суммой.

Обратно Арас шёл и посвистывал. Человеческие деньги он мог сотворить у себя в лесу из листьев и травы, сколько душа пожелает.

Но это не избавило бы его от проклятья Марины Михайловны. Только она сама – могущественная и вредная ведьма, которая никому не подчиняется, – снимала свои же проклятья за услугу. И теперь, когда её каприз был исполнен, исцеление от невезения было Арасу обеспечено.

Он шагал в приподнятом настроении, радовался облакам на небе и шумной возне транспорта на дорогах. И я даже не предпринимала попыток за ним угнаться. Меня занимали маленькие ушастые духи – Неге-Ки, которых в городе, в отличие от леса, можно было застать за благотворительностью.

Каждое утро они строго по графику оставляли у подъездов молоко и белый хлеб, причём в том количестве, сколько жильцов населяло дом. Я не могла взять в толк, как Неге-Ки, такие крохотные, способны унести, скажем, дюжину бутылок молока и буханок за раз. Потом, конечно, сообразила, что здесь замешана магия. Но всё равно выглядело впечатляюще.

В руки Неге-Ки не давались, заговорить с ними было невозможно.