Ель

И мои слёзы были самой настоящей, пахучей, липкой смолой.

Прошло время, и впереди забрезжила заря. Безжизненная серость гор сменилась густой синевой моря Чарари (это уже сова Филипповна взялась меня просвещать по части географии), а за морем начались леса, бесконечные дикие леса округа Прислон-Джар.

– За нами погоня, – сдержанно известила нас сова.

Драконьи головы-разведчики с гиканьем и завыванием неслись за нами по пятам, дымя в небе своими исчезающими хвостами.

– Никуда от них не денешься, – вздохнул царский прислужник.

Он резко сменил направление и камнем рухнул с небес в лесную зелень, в птичье пение, в журчание ручейка посреди изумрудного мха. Ветер ударил мне в лицо, дыхание занялось, а потом я увидела могучие стволы кедров, услышала щебет, коснулась мягкого лесного волшебства пальцами босых ног – и поняла, что тропические джунгли, где мне довелось побывать, и близко не стояли с этим удивительным местом.

– Нам ещё долго лететь, – предупредил слуга, хватая мою руку.

Он достал из заплечного колчана стрелу и острым наконечником начертил на моём запястье непонятные знаки. Мгновение – и они почернели, въелись в кожу, словно их выжгли на древесине.

– Эта метка лишит дракона и его прихвостней власти над тобой. Но она временна. Когда ты натворишь дел, можешь снова стать уязвима.

– Почему ты уверен, что я натворю дел?

– Так уж ты устроена. Извини, если обидел.

В его голосе не слышалось ни капли раскаяния. Он оглядел меня, как строгий судья, после чего заставил напиться из ручья и вновь поднял на руки.

– У неё метка! Акле помечена царём! Хозяин, ты проиграл!

Посуетившись вокруг нас, они сочли дальнейшее преследование пустой тратой времени, свернули знамёна и убрались восвояси. На протяжении всей их возни мой избавитель хранил непроницаемое выражение лица.

– Погоня отменяется, – взмахивая крыльями, торжественно изрекла сова Филипповна. – Где там ваш Скрытень-Лес? Показывайте дорогу, юноша.

«Юноша» счёл её обращение вольным и нахмурил брови. Однако слова не сказал и пустился в полёт со мною на руках.

Я разглядывала метку на запястье. Она пульсировала чёрным и как будто источала мрак. Это точно охранное клеймо, а не какое-нибудь проклятье? Хотя если уж головы-шпионы распознали защиту, беспокоиться не о чем.