Сердце истинного вампира

Катаржина никогда не считала себя намеренно жестокой. Нет, она могла проявить безжалостность и делала это часто, но, почти всегда, это было обосновано. Ей, вдруг, вспомнилась помощница академика Лебядского, в которую она целилась из револьвера. Ее укололо, чем-то похожим на стыд, но она отогнала от себя глупое чувство. Нет, тогда она не могла поступить иначе. Ведь если бы она не надавила на Лебядского, то не узнала бы о сердце истинного вампира, которое может исцелить отца.

Крыса в ее руке пискнула, напоминая о себе.

Катаржина вздохнула, покосилась на дверь. Одеваться ей было лень. Час стоял поздний и вряд ли ее, кто-нибудь увидит, а если и увидит, то какая разница.

Она вышла из номера в коридор, освещенный тусклой лампочкой, мигающей в плафоне потолочной лампы. Прошла вперед, все так же сжимая в кулаке крысу. Выход на черную лестницу оказался не заперт и она спустилась вниз и, распахнув скрипнувшую, обитую железом, дверь, вышла наружу.

Голые ноги укусило морозом. Небо было беспроглядно черным, расчерченным острыми искрами звезд.

Она оказалась во внутреннем дворе, окруженном серыми стенами зданий с темными провалами окон.

Похоже, и правда уже стояла ночь, но отчего-то повсюду ей чудилось движение. Казалось, что тюлевая занавеска в окне дрогнула под чьими-то пальцами, чьи-то глаза глядели на нее из клубившей по углам тьмы. Вблизи послышались шаги, из-за угла вышел, закутанный фуфайку, обутый в валенки мужчина с лопатой для снега. Замер, уставившись на нее.

Опомнившись, Катаржина, как ни в чем ни бывало, опустилась на корточки и выпустила крысу в густой плотный снег.

Та широкими прыжками, понеслась к мусорным бакам и вскоре юркнула под один из них.

Выпрямившись, она отряхнула руки и, развернувшись, потянула за ручку двери. Та не поддалась.

– Дверь-то захлопнулась, панде, – подсказал мужчина с лопатой из-за ее спины. – Она изнутри-то легко открывается, и ключа не надо, а снаружи сразу закрывается, и ее не открыть. Там механизм срабатывает. Что же вы так? Надо было ее подпереть, чем-то, когда вы с вашей крыской гулять выходили.

..

– Заткнись! – рыкнула на него Катаржина.

Она уже жалела, что просто не свернула крысе шею и не выкинула ее в окно. И, как ее вновь угораздило попасть в такое глупое положение? И теперь ведь даже не было Виолетты, на которую можно было спихнуть ответственность за все.

Катаржина постучала кулаком по двери. Звук удара гулко разнесся по всему двору. Она постучала вновь.

– Все спят, – снова вмешался идиот с лопатой.