Хорошая примета

Хотя у Тихомира сейчас плотный график, еще и факультативы, надо бы мне успокоиться и не наседать, и так лучше некуда. Опять.

Тихомир соскочил с лестницы и сунул мне увесистый сверток.

— Не много ли, — подкинула я его на руке.

— Нормально. Для профилактики. Я расписал где-что-зачем.

Я спрятала таблетки в сумку, мы вышли на улицу и сразу уперлись в двери огромного белого внедорожника с гербом академии на капоте. Тиша нахохлился и рыкнул, окно опустилось. Я вытянулась по стойке смирно и чуть не поклонилась.

— Садись, Милослава, — кивнул мне главный тренер на соседнее сидение.

— Мы такси возьмем, не стоит, — огрызнулся Тихомир.

— Иди, — ткнул ему пальцем отец на двери. — И не выделывайся. У нас через два часа разбор, опоздаешь, я передам Данияру, что внеплановый марафон был твоей идеей.

Я прижала сумку к груди и обернулась. Марафон меня мало пугал, не мне его бежать, но отказываться было как-то не прилично. Тихомир нахмурился и отступил назад, потому что окно машины и не думало закрываться, чтобы дать нам хоть минуту на прощания.

— Милослава, — нахмурился тренер.

— С-спасибо большое, — кивнула я, быстро шмыгнула на сидение и захлопнула за собой дверь.

А еще поражалась, что они не похожи. Да одно лицо, особенно в бешенстве!

Тихомир сложил руки на груди и пнул воздух. Машина тронулась. Ладно, теперь у него хоть телефон есть.

— Не за что. Я так понял, ты неважно себя чувствуешь?

И откуда знает?

— Уже лучше, — улыбнулась я.

— Лучше? То-то у нас пол аптечки противовирусных сдуло, — строго сказал тренер. — Головой думать надо, нет? Здесь до дороги полчаса идти по ветродую. Совсем голова не соображает? Ладно этот, ты-то куда?

Я поджала губы и потупилась. И кто бы мне сказал, что поучающие лекции начнутся задолго до моего явления домой!

— Давно не виделись, просто, — оправдывалась я.

— Ну я так и понял. Не соображает. Получит еще...

— Д-да ладно вам, Тиша п-просто не подумал.

Мужчина усмехнулся:

— Не защищай его! Чем больше он будет получать сейчас, тем благодарнее за него ты будешь потом.

Я старалась сильно не таращиться, но постепенно мозаика в голове складывалась. Фразы отрезные, но плохого он ничего не говорит, шутит тоже грубовато, но шутит ведь, а значит, страшный этот мужик, как и его сынишка, только внешне. Понятное дело, что строгий, но этому шебутному только дай послабление, это даже я понимаю.