Хорошая примета

И зачем он постоянно облизывает меня перед поцелуем?.. Холодные руки заскользили по платью, плед съехал на пол. Мы сплелись всем, чем могли, я просунула руку под задранным на спинку кресла коленом, и с содроганием принимала каждое ответное касание. Озноб усилился, но теперь был так далек от простуды, что впору лечиться только поцелуями.

По груди скатилась капля.

С таким снежным спортом и волчьими кровями мне охотно верилось в Тишину закаленность, и хорошо бы я не ошиблась, а он не соврал, ведь потерять ощущение его губ на своем лице теперь казалось страшнее любого проклятья.

Язык соскользнул под подбородок и шею, рука съехала под грудь.

— А ты говоришь, средней тяжести, — фыркнул Тихомир мне на ухо и звучно облизнулся.

Когда за окном замелькал знакомый черненый забор, мне казалось, что мы целовались все три часа, потому что изредка проваливаясь в сон я постоянно просыпалась с его дыханием на лице. Чемпионат, отличная пора, и почему я так этого времени боялась?

— У меня пропуск во все академии?

— Во все, — сказал Тиша и прикусил меня за нос.

— Отлично.

Мы заехали на территорию Сорочинки, я сползла на свое сидение и начала складывать плед с явным ощущением исцеления. Озноб сошел на нет, голова прошла, и чувствовала я себя бодрее, чем когда сюда ехала.

Я засмеялась, пряча улыбку за клетчатым свертком:

— И что ты в этот чай намешал? Экстракт чесночницы? Или радугу?

Тиша закинул руки за голову и хмыкнул:

— Радуга нам не к чему, — спокойно сказал он. — Просто травы, мед, немного корицы.

Ожидаемо. С его нюхом вообще нужно свое хозяйство заводить. В памяти мелькнула идея с маленьким домиком за городом. И вот не изменилось же ни черта. Пусть и была наша любовь ненастоящей, а белый приворот незапланированным, он бы не сработал, не приглянись мы друг другу вообще совсем. Значит, что-то меня в нем все же зацепило, а его во мне.

Мы вышли у главного корпуса, Тихомир завел меня внутрь и пошел прерывать их командную аптечку, а потом нас ждала двухкилометровая прогулка по брусчатчатому пустырю, которая виделась мне теперь романтичнее закатов на пляже.

Я занялась изучением перил у широкой лестницы и старалась не обращать внимание на заинтересованные взгляды снующих туда-сюда студентов. Скоро вся академия будет в курсе, что это за Милослава, и по чью душу она тут находится, и хорошо бы побыстрее. У меня даже пропуск есть! Может мне и сюда можно среди недели приезжать?..