Волчий путь

Почти потух, но никто из местных обитателей не спешил его разжечь сильнее. Мина насчитала семь фигур, что жались тут и там по углам как кошки. В основном поодиночке. Только у края платформы мужчина и женщина сидели рядом и что-то не могли поделить между собой. Их голоса она и слышала. Остальные молчали и были неподвижны. Словно поставлены на энергосберегающий режим.

У Мины были опасения, что ее тут встретят агрессивно. Но никто даже не шелохнулся при ее появлении. Лишь мужчина, споривший с женщиной, проводил взглядом незваную гостью и прикрыл курткой причину раздора со своей соседкой.

Помимо путей, на платформе было два темных проема, что должны были вести пассажиров на выход в город. А куда сейчас они вели, было неизвестно. Из одного коридора и доносился этот методичный скрежет и скрип.

— Прошу прощения, не могли бы вы мне помочь? — Мина присела на корточки возле старика, что держался ближе всех к одной из бочек.

Он сидел на каком-то тряпье, на голове дырявая шапка, лицо почти спрятано в воротнике грязного пуховика.

Ноги прикрыты еще одной курткой, почему-то без одного рукава. Рядом стояла тележка из магазина, заполненная сложенными картонными коробками, под ними виднелись бутылки.

Старик поднял на нее взгляд почти бесцветных глаз, но молчал. Мина подумала, что он ее не расслышал, поэтому повторила вопрос. Старик по-прежнему молчал. Он не рассматривал ее, вглядывался в глаза, словно через них пытался рассмотреть душу.

На секунду Мине показалось, что даже если бы она захотела, то не смогла бы разорвать связь и отвести взгляд.

Но старик сам моргнул.

— Здесь помощи не ищут, — он не шептал, но в его голосе совсем не осталось звука. Шелест.

— Помощь бывает разной.

— Это правда.

— Я ищу одного человека, и хотела узнать, не видели ли вы его, — Мина продолжила, хоть старик, будто выдохся, прикрыл глаза. — Высокий, темные коротко постриженные волосы, всего скорее в длинном пальто. И лицо такое… жесткое, но красивое, — на последнем слове звук ее голоса стих.

Она и так говорила тихо, но теперь почти бесшумно открывала рот.

Было что-то вокруг, заставляющее тебя слиться с тенью. Ни шума, ни голоса. Только размеренный скрип в глубине коридора. Кто-то раскашлялся, и этот звук эхом разнесся на весь туннель. Пока кашель не стих, все замерли. Даже спор парочки с краю.

— Отсюда уходят, а не приходят. А те, кто приходят, добра не приносят.

— Кто приходит?

Мина уже и не знала, стоит ли ждать ответа. Старик, казалось, впал в летаргический сон.