Когда плачут драконы

– На всех, конечно, не хватит, но с десяток человек на тот свет отправлю. Подходи, кто смелый, поделюсь с удовольствием!

По толпе снова пронесся гул. Никому явно не хотелось проверять, насколько серьезен здоровяк с цепью в руках. Вилхе лихорадочно соображал, как воспользоваться их заминкой, но в этот момент воздух разрезал свист, и аккурат возле ноги Хедина воткнулась пущенная кем-то стрела.

– Энда их подери! – шикнул Хедин и отступил к дракону. Если укрыться за его лапами, стрелы не пробьют броню.

Гигантская тень закрыла небо, спрятав луну и звезды, затрепыхав пламя факелов. Взгляды нападавших устремились вверх, и следом площадь наполнилась криками ужаса.

Синий дракон, заложив крутой вираж, камнем падал вниз, не оставляя надежды на спасение.

Горожане бросились врассыпную.

– Цепляйся за девчонку! – перекрывая шум толпы, крикнул Хедин. – Кедде если за кем и вернулся, то точно не за нами!

Вилхе даже отвечать не стал, только обхватил лапу безучастного ко всему золотого дракона и приготовился к жесткому взлету.

На городских стенах заскрипели орудия. Синий дракон дернулся в сторону, сбивая прицел, а потом, почти скользя светлым брюхом по земле, добрался до пленницы, подхватил ее, как какую-нибудь игрушку, и снова взмыл в небо.

Первый гарпун просвистел почти рядом с Вилхе, но даже не задел драконьей кожи. Второй сверкнул где-то возле морды ящера, и Кедде, издав такой рев, что у ближайших домов крыши затряслись, ломанулся на стражников.

– Не смей! – взревел Вилхе, забыв обо всем на свете. – Вверх! Вверх! Там не достанут!

Но Кедде не услышал его или предпочел сделать вид, что оглох. Крутанулся над городской стеной, хвостом сметая вражеские редуты, играючи разрушил сторожевую башню, завернул на второй заход... и вдруг содрогнулся всем телом, потерял равновесие, заваливаясь на бок.

В его крыле зияла дыра, проделанная метким защитником Стенбирга.

– Вверх, Энда тебя подери! – уже ни на что не надеясь, заорал Вилхе, а сам извернулся, натянул тетиву и снял стрелой готовящего новый выстрел стражника.

Кедде наконец опомнился. Отпрянул от стены, выровнялся, тяжело поднялся над городом, покидая опасное место. Продырявленная конечность теперь служила ему только для удержания равновесия: вероятно, гарпун пробил кость, и Кедде летел фактически на одном крыле.