Блуждающий

Гьярд же остался таким же, как полвека назад, когда мы только встретились — крепким мужчиной с смоляными волосами и глазами, в которых навсегда поселилась тоска.

О! Он хорошо научился притворяться! Скучающим чужаком до нашего знакомства, веселым и беззаботным со мной.

— Хотел бы я, чтобы ты могла отправиться с нами, Эстрель. Почувствовала, как ветер наполняет паруса, и корабль, дрожа от возбуждения, мчится над волнами, а ты становишься с ним одним целым. Я показал бы тебе китов и радужных рыб…

Гьярд хорошо умел притворяться беззаботным.

— Посмотри на меня, любимый.

Капитан зажмурился, отвернулся.

— Или я настолько безобразна, что ты и видеть мое лицо больше не хочешь?

Он шумно выдохнул. Шагнул ко мне и упал на колени. Покаялся, не поднимая глаз.

— Я соврал. На самом деле там нет ничего, Эстрель. Там мертвый штиль. Беспросветная тьма, в которой не видно звезд.

Словно утопающий, капитан вцепился в мои холодные пальцы.

— Там ничего нет.

Гьярд уткнулся лицом в подол платья, только спина едва заметно вздрагивала от беззвучных рыданий. Есть какая-то неправильность, когда сильный мужчина плачет словно дитя, и если такое происходит, его женщине лучше притвориться, что она не замечает слез отчаяния.

— Не уходи, Эстрель! Я не хочу, чтобы ты уходила!

Как будто это мне предстояло на рассвете взойти на борт и снова отправиться в холодное, неприветливое море.

Я гладила, утешая, его по волосам и чувствовала невообразимую нежность, в которой не сохранилось ничего от былой женской страсти. Так могла бы гладить мать повзрослевшего сына, осознавая, она больше не способна находиться рядом, не в силах оберегать даже в той малости, что была ей доступна.

Мать? А ведь Эйхо, его собственный сын, уже старше Гьярда.

Мы оба знали: это прощание. До следующей нашей встречи я, вероятнее всего, не доживу. Я не боялась. В моей жизни было немало плохого. Хорошего тоже. И лучшее — свою любовь и Эйхо — подарил мне де Калабозо.

Я не боялась умирать. Меня страшило то, что когда я исчезну, Гьярд снова останется совершенно один.

***

Легенда о корабле с черными парусами гласит: когда наступит конец времен, Гром-Гора проснется от своего многовекового сна.