Не всему верь что знаешь

– Мама? –

Девочка склонила голову, словно прислушиваясь к чему-то, коснулась рукой белого с черными крапинками ствола и ничего не ответила. Лица обоих девочек стали задумчивыми и грустными.

И мужчина ВСПОМНИЛ!

«Я хочу предложить тебе сделку…»

– Нет, – почти выкрикнул он, взглянув на березу.

– Да, – сказал Руслан, который уже стоял на крыльце и наблюдал за всей сценой. – Ты же знаешь, кто она, и почему она позвала тебя с собой. Не буди ее. Она спит.

– Тогда вот что! – произнес мужчина жестко. – И не мешайте мне!

Достав из кармана аккуратно свернутую голубую ленту, он подошел к березе, обвязал одну из ее веток этой лентой, и, отступив на два шага, низко поклонился дереву.

– Спасибо тебе за все, что ты для меня сделала. Я постараюсь остаться достойным твоей милости… Дети, подойдите сюда и поклонитесь тоже.

Постояв еще немного, мужчина развернулся и пошел с обоими пацанами к машине.

– Эгей! – услышал он за своей спиной голос Руслана. – Постой! Сильвия просила передать тебе кое-чего.

Мужчина обернулся.

– Вот документы на дом в Иркутске. Ну, тот самый, помнишь? Как только срок истек, и дом отошел к муниципалитету, мы выкупили его, вычистили от всех следов черных ритуалов и убрали оттуда все предметы темного культа.

– И куда вы их дели? – спросила женщина, наконец проявив интерес к происходящему. – Надеюсь, вы их не выкинули?

– Ну что ты, Глашенька, разве такие вещи можно выбрасывать? – покачал головой Руслан. – Мы их сожгли там же, во дворе.

– Жаль, – сказала женщина.

– Тьму нельзя выпускать на вольный свет. Спроси у своего мужа, он тебе все объяснит.

Мужчина кивнул. Говорить сейчас он был не в состоянии. Он был подавлен как никогда в жизни. Но билеты на поезд были уже куплены, оставаться здесь дольше не имело смысла. Он передал документы на дом в Иркутске жене, усадил детишек возле нее на заднее сидение такси, убедился, что ремни безопасности пристегнуты, и сел впереди рядом с водителем.

Он с трудом сдерживал слезы и не хотел, чтобы его домашние эти слезы видели. В его памяти звучал чарующий голос, колдовскую силу которого он испытал в ту знаменательную ночь во дворе дома черного шамана. Ночь, которая превратила его из беспомощной жертвы обстоятельств и родового проклятия в знающего себе цену человека:

«Мать-земля, об услуге тебя прошу: позволь одному из своих сыновей дать мне свое семя, чтобы зародилась во мне новая жизнь.