Апельсиновый вереск. По ту сторону Ареморики

Она изменилась, стала еще жестче, еще смертоноснее. Теперь она не позволяла себе даже малейшую слабость, а то волшебство в Часовом Архиве случилось единожды. С тех пор она не замечала его, а Фонзи не мог отвести взгляд. Благо, ему повезло, и она выбрала его в свой отряд, пускай, он немного помог ей с выбором.

Авалона раздраженно крутила в руке стилет. Он прекрасно балансировал на ее длинном пальце. Тонкое лезвие всегда било точно в цель, а цельная металлическая рукоять обжигала, если к ней прикасался маленький народец.

Сделав несколько оборотов, стилет замер. Авалона не сводила глаз с лица Фонзи.

— Ты шантажом вынудил меня выбрать тебя на посвящении, чтобы потом шататься по всему городу и кувыркаться в постелях девиц?

— Ревнуешь? — расплылся в довольной улыбке хэлл.

— Нет. Какого лысого тролля ты творишь, Фонзи? — она угрожающе направила стилет в его сторону. — Мы должны были выехать еще на рассвете, но вместо этого вынуждены бегать по спящему городу, заглядывая в каждое проклятое окно! — по мере ее речи в голосе все больше звучала ярость.

— Расслабься, — он пальчиком отвел клинок от своего горла, — сделаем привал в Минагде, а на следующее утро продолжим путь.

Авалона резко выдохнула.

— Мы. Должны. Быть. У границы. Сегодня. Балбес! — сорвалась на крик Авалона.

Девушка злилась, а Фонзи хотелось весело рассмеяться. Пусть она кричит на него, злиться и даже ненавидит, но зато она больше никогда не будет равнодушной.

Всадник шагнул вперед, вдыхая аромат жасмина и розового перца, такого же острого, как и сама Авалона. Этот запах преследовал его во снах, и сколько бы он не находил себе девушек на одну ночь, он все равно продолжал шептать ее имя.

Авалона переменилась в лице и тоже сделала шаг вперед. Теперь они стояли совсем близко, посреди безлюдного утреннего переулка Коэтры.

Резкий удар в районе печени. Фонзи издал болезненный хрип, согнувшись пополам. Вот же скорость. И когда успела? Он был так увлечен ею, что не заметил, как она убрала стилет и с размаху двинула ему кулаком в живот.

— За что? — так и не разогнувшись, спросил он.

— Приди в себя, — жестко отчеканила Авалона.

Ветер трепал ее роскошные косы, ласкал высокие скулы на смуглом лице.