Чудовище из болот

– Она достала из своей сумки тонкий коронационный венец Андейла, украшенный россыпью камней. – Тут есть и крайне редкие камни... А можешь продать корону полностью – ты заполучишь за неё столько жизней, что тебе и не снилось.

Чудовище подался вперед, нервно размахивая хвостом и принюхиваясь.

– Корона Андейла...

– Да. Это настоящая корона. Без подвохов и обмана. За неё столько крови пролилось, и прольется еще, что ты будешь доволен. – она сглотнула. – Я знаю – ты веками пытался дорваться до неё.

Чудовище резко сел, осматривая Клер.

Он молчал, ожидая продолжения.

– Я читала предания. Де Гарде веками сдерживали тебя – ты рвался к короне, мечтая вернуть украденные у тебя камни.

Он усмехнулся, шумно выдыхая:

– Можно и так сказать. Значит... Твоя отложенная до рождения ребенка жизнь и корона?

Она решилась и старательно медленно, чтобы голос не предал, сказала:

– Да. Моя жизнь. Моя душа. Моё тело – все будет твоё.

Чудовище рассмеялся:

– Ты плохо знаешь предания – я не ем человеческую плоть. Этим ты не повысишь плату.

– И корона, – напомнила Клер. – Я думаю, что вместе с короной, плата достаточна. Я вверяю тебе свою душу, я отдаю тебе свою жизнь, я вся отдаюсь на твою волю… Я твоя и телом, и душой, помыслами и надеждой.

Чудовище резко выдохнул от неожиданности – даже Клер понимала, что это больше напоминало брачную клятву, чем договор о мести, который всегда заключали с ним. Клер быстро добавила, боясь, что цена все же слишком мала:

– …Вместе с короной, конечно же.

Небеса, пожалуйста, пусть этого будет достаточно!

– И что же за месть ты задумала?

Она поправила его:

– Не месть.

Справедливость за то, что устроили принцы, герцоги, графы... Все... Справедливость для...

Чудовище подался вперед, внимательно прислушиваясь – такую формулировку просьбы он слышал впервые. Клер поняла, что это её единственный шанс. Она, заставляя себя не бояться, сделала шаг вперед, озадачивая Чудовище, и рывком одела корону на его косматую голову:

– ...справедливость для всех, мой король.

Справедливость для Андейла. Я, Клер-Мари Максимилиан де Гарде, короную тебя и своей жизнью плачу за справедливость для де Гарде и всех невинно пострадавших в этой междоусобной войне. Будьте же сильны и мужественны, мой король.

Она склонилась в низком реверансе, забывая про боль во всем теле. Когда перед тобой король, твоя личная боль ничто.

Клер тихо добавила:

– Пожалуйста, милор... Корона ваша, моя жизнь ваша. Андейл ваш – спасите его. Справедливость для всех.