Нечисть изумрудных вод

Царевич по-собственнически касался княжны, смотрел на неё с нескрываемым удовольствием. Взирал как на свою собственность, как на дорогую редкую вещь, что оказалась в руках у собирателя всяких диковин.

— Пора красавице открыть очи, — шепнул Плаун, наклоняясь к лицу Заряны.

Княжна резко открыла глаза. Голова кружилась. Было светло, подгонял тучи недобрый ветер.

Девичью щёку гладила холодная гладкая рука, и некий юноша в серой льняной рубахе сидел рядом. Совсем рядом. Лицо его было так близко, что казалось, он хочет её поцеловать.

Заряна попятилась полулёжа, оглядываясь на деревья вокруг. Не думая, она вскочила на ноги, с опаской глядя на незнакомца, продолжая пятиться.

— Я тебя помню! Ты тот юноша с тёмной улицы! Крестьянин в толпе.

— Хороша память. Знал, что это судьба.

— Кто ты? — молодец молчал, отмечая про себя, что это по-детски наивное существо, похоже, сводит его с ума своей красотой да невинностью. С самой первой их встречи.

— Не стоит переживаниями утомляться, я боле не упущу тебя.

Как-то нечеловечески быстро похититель приблизился к Заряне, надевая ей на палец драгоценный перстень с большой перламутровой жемчужиной по центру!

— Я не понимаю! Я... — Заряна не сумела закончить мысль, потому как молодец, не спрашивая у неё ничего, властно припал к её губам. Похоже, он не желал ничего слушать.

Как бы не старалась Заряна, из железных объятий было не вырваться.

Царевич отпрянул. Лицо — камень, но глаза выдавали промелькнувший в них страх.

Заряна на дрожащих ногах вновь попятилась, упёрлась спиною в ствол какого-то древа. Выглядела она как загнанный в клеть зверь.

— Ты высыхаешь, душа моя? Из тебя вода льётся. Тут нет озёр да рек, чтобы я мог спасти тебя от суши. Я ведь... не хочу твоей кончины, — Царевич, крайне обеспокоенно смотря девице в глаза, подошёл к ней, взяв её за руки.

— Дурак какой, — процедила Заряна сквозь слёзы. — Не плакал никогда? Люди плачут когда что-то их сильно огорчает, когда им больно али одиноко.

— Я поступил так низко? — парень обхватил ледяными ладонями лицо Заряны. Девица поёжилась, привыкая ко хладным пальцам. Молодец стирал большими пальцами слёзы с девичьих щёк и подбородка.