Нечисть изумрудных вод

Ну превратился он один раз в старика ради маскировки, но не думал же он, что в веках его запомнят костлявым дедом? — а ещё жутко занудный...

— Я уже понял, спасибо, — но девочка продолжила, пропустив раздражённые примечания Кощея мимо ушей.

— ... жадный, похотливый. Не помню значения этого слова, но помню, что оно нехорошее. Мне так Усуда сказала. Я видела его в книге с заклятиями.

— Прекращай читать эту книгу.

— Ладно, ты всё-таки занудный. И как ты умудрился влюбиться в Бажену? Она зануд терпеть не может, — если бы в небе был потолок, то Кощей непременно бы к нему приложился темечком, потому что после слов Евгеши он резко выпрямился, а потом поспешно согнулся обратно, изображая полную глухоту и непричастность к своему внезапному приливу эмоций.

— Я тебе не Иванушка-дурачок... Влюбляться, — последнее слово из молодца лезло с особой неохотой. — Я — Кощей Бессмертный. Нелюдим, коварен, жесток. Меня должны бояться да ненавидеть! И ты, маленький бесёнок, тоже!

— Зану-у-да! Да ты от меня ничего не утаишь.

Я хоть и маленькая птичка, а зоркая. И давно ты того, ну, этого? А она об этом не знает, да? А она тебя била? Говорят, если бъёт, значит любит.

— Не заставляй меня молиться. Я нечистый, в конце концов, — Евгеша хихикнула.

— Ну-ну. Ты так не переживай. Била да? — Евгеша искренне жалела молодца. Она внимательно посмотрела на Кощея. Лицо его, с ярко выраженными скулами, с чёрными уголёчками-бровями и лукавыми серыми глазами, после вопроса ребёнка нахмурилось. Евгеша хихикнула.

Кощей раздражённо повёл плечом, вспоминая падение с коня. — Больно было, да? — не дожидаясь ответа, девочка погладила Кощея по руке. До плеча его она не дотягивалась. Кощей дёрнулся от этого прикосновения: "Кого она утешает? Зачем? Почему не страшится ни капли? Что за странная девчушка?" — Да, она может.

— Тебе бы меня сторониться стоило, дитё. Зря что-ль Чудь тебе сказки сказывает про мои злодейства? Там я девицу украл, тут богатыря сразил, здесь в лягушек да жаб целые деревни превращаю. Не боязно, что возьму тебя, да и в лягушку-квакшку превращу?

— А я не из пугливых, — девочка гордо вздёрнула носик.

Кощей с интересом вскинул густую чёрную бровь: "Ишь кака барыня". — А отчего это ты сестричку мою чудищем называешь?

— Не Чудищем, — молодой человек — Евгеше показалось, что выглядит он лет на двадцать пять, а не на шестьсот, сколь ему было на самом деле — изменил свой тон с равнодушного на более поучающий — а Чудью, хотя и Чудище подходит не меньше.