Нужна ли пенсия коту?

Но потом, видимо, представив себе сей процесс (разговора при помощи... ну, вы поняли?), Баламутень стал булькать и квакать — смеяться в своей привычной манере. Хотел бросить ему «Заткнись!», но сдержался. Желание услышать то, что же знает про Чернаву этот толстопузый урод, взяло верх над психом.

— Рассказывай.

Баламутень хрюкнул-квакнул напоследок, потом вдруг сделался серьёзным и повёл неспешно повествование — так, помню, по радио где-то в шестидесятых годах читал сказки Николай Литвинов. Ну, вот прям один в один! Только без вступительного «Здравствуй, мой маленький друг! Сегодня я расскажу тебе удивительную историю про то, как.

..» Но получилось у него очень похоже.

«Рассказывала мне ещё моя прабабка, что живёт где-то далеко в море-окияне Владыка подводного мира или Морской царь, как его величают люди. И есть у него много-много дочерей, что-то около девятисот или даже сейчас, наверное, больше: он же бессмертен, как и его супруга. Под водой-то скукотища несусветная, вот они и развлекаются тем, что размножаются себе на потеху.

Правда, почему у них одни только девочки получаются — тут ни я, ни кто другой ответа пока не знает.

Кстати, насчёт бессмертия. Не то, чтобы убить Морского царя или его дочек нельзя, тут есть какая-то лазейка. Лишить жизни можно и самого Владыку, и его жену, и потомство, если суметь найти этот способ. А вот старость их не берёт, так-то. И ещё могут они принимать облик свой, какой был у них ранее, вроде бы. Молодеть как бы.

Так вот, морские девы — дочери Владыки подводного — в то время, пока живут с отцом рядышком, выходят иной раз на сушу.

Когда они плавают в воде, нижняя часть тела у них подобна рыбьему хвосту. Но, выходя на сушу, меняют они хвост на обычные человечьи ноги — по земле с хвостом-то передвигаться ой как несподручно. Тогда их от людей не отличить, один в один человеческие девушки. Поговаривают, что ищут дочери Владыки себе мужей на Земле. А после венчания отец передаёт в приданное каждой во владение реку, а мужу её дарует бессмертие.

И когда-то давным-давно, меня тут ещё не было, за околицей, по правую руку от терема, где ныне овраг, текла большая полноводная река. Чернавой её называли. И проживала якобы в тереме рядом добрая барыня, тоже Чернавой, как и речка та, звалась. Муж у неё был, Николай, потом ещё и сынок народился, Никитой назвали. И всё было прекрасно, народ в изобилии жил, в реке рыбы были вдосталь. Часть, малую, сами ели, а большую в торговлю пускали. На то и существовали безбедно.