Стережеи. Тропами Кривды и Правды

Желан, тяжело засопев, привалился набок:

— Всё думал я, как с поганью быть. Коли люд прознает — жди беды. Её нам для пущей радости не хватало.

— Я тоже думал, великий князь, — подхватил Мирогост, подняв голову. — И надумал кой-чего. Надобно стережей созвать. Пущай помогут порченные редки отыскивать и изымать, а заместо них настоящие давать. Люду скажем, что непутёвую чеканку заменяем.

— Поздно, — Вересея скрестила руки на груди. — Теперича в Аловодье и полдюжины стережей не сыскать.

— Тогда просто изъять редяки, — боярин, отчего-то гневавшийся, давил каждым словом.

— Не можно, — вмешался Драган и качнул головой, потупив взгляд в сапоги. — Редяк — ходовая монета. Мятеж неминуем. Да и опасно, ведь ежели заговорщик нездешний, то заручился подельниками. Ему доложат среди первых, ежели что-то начнётся. Мы по-прежнему не ведаем, кто заговорщик и по что чеканит погань. И не ведаем, как поступит, коли разведает.

— И каковы твои думы? — Мирогост поднялся, мгновенно превратившись в нависающую над Драганом гору.

— Ничего не делать до тех пор, пока не узнаем имя заговорщика.

Желан снова молчаливо встретился взглядом с боярином. Тот, хмуро пораскинув, оглянулся на стережей и наконец кивнул, отступив к князю по правую руку.

А сам Желан поднялся, крепко опираясь на жезл.

— Я, Желан, Милошев сын, великий князь аловодский, — доселе тихий, шипящий голос загрохотал, — взываю к помощи богов Правды. Отыщите тех, кто плетёт заговор супротив престола.

Поднявшись на негнущиеся ноги, Драган не верил тому, что прочитал с губ.

Мысли путались, роясь в голове ульем, пока не оглянулся на Вересею. А ведь верно. Желан просил их двоих, а не только его. И от её ответа зависело всё.

И если Драган был готов согласиться без раздумий, то стережея насупилась, дёргая уголками губ и явно не торопясь с выбором. Никогда прежде стережею не казалось, что люди могут так долго размышлять.

И только он хотел тихо окликнуть, как она набрала в грудь воздуха, словно собирая силы для отказа. Но вместо этого девичья голова плавно опустилась.

Согласилась. Поспешив вслед за ней, Драган поклонился, едва сдерживая улыбку.

— Мы, стережеи, посланники богов Правды, принимаем твою просьбу, великий князь, — отчеканила Вересея так, как её учили.

— Тогда ступайте, — Желан подошёл ближе. — Допросите всех, кто на мой двор ход имеет. А далече поглядим.