Невеста Темного князя

Это не может быть нашей деревней…

Малыши сзади напряженно засопели, а возница… возница, кажется, был уверен, что привез нас по правильному адресу — он вообще прекрасно ориентировался на местности.

— Это — Калиновка, — объявил он название моей родной деревни, одним движением руки заставив своих черных вороных коней свернуть направо…

… там, где стоял заколоченный дом Ильи.

И ладно бы просто ставни и замок — всё-таки если хозяина и хозяйки нет дома, логично предположить, что дом они на всякий случай закрыли. Но как такой рачительный хозяин, как мой троюродный брат, мог допустить траву по пояс в собственно дворе и заросли крапивы у калитки?

Это показалось мне дико странным и подозрительным … пока я не вспомнила, что жена брата сбежала в Москву.

Неужели у них настолько все было плохо с Глашей, что Илюха просто опустил руки и перестал заниматься хозяйством?

Это, конечно, никак не объясняло, куда девались остальные жители, животные… но хотя бы объясняло беспорядок в конкретно их доме.

Можно было, конечно, попытать счастья ещё в одном месте — через пруд и два хозяйства стоял дом тети Нежаны — родной сестры моей бабули.

— А что происходит? — громко спросила я, пытаясь своим голосом распугать эту странную, неестественную и нежилую тишину. — Где все?

Тройняшки снова громко засопели, а возница лишь непонятно улыбался.

— Это летняя Калиновка, — протянул мужчина с какой-то невероятно довольной интонацией в голосе.

«Летняя Калиновка? Хм… испокон веков наша деревня называлась просто Калиновка, никакая не летняя…» Внезапно в голове очень четко всплыло предупреждение брата, что «сейчас ещё не время отпусков, поэтому в доме никого из наших не будет».

Интересно, только ли в одном доме — или во всей деревне?

— Так что, лада? — спросил возница, ласково мне улыбаясь.

Я понятия не имела, что это такое, где это находится — и что ответить вознице.

Но вмешались племянники.

— Нет-нет, — подала голос Ариша. — Спасибо, дяденька, но мы приехали.

— Да, мы приехали, — поддакнул Миша.

— Это наш дом, — подтвердил Паша. — А папа… или бабушка скоро приедут.

И столько уверенности, столько силы было в их голосах, что я решила поверить малолетним детям.