Серебряный змей

Ни холода, ни сырости здесь не чувствовалось, будто территория Академии была отделена не только крепостной стеной, но и чем-то еще.

– Купол, – пояснил Рино, проследив за моим взглядом. Снисходительно улыбнулся и снова стал серьезным. – Идем со мной!

Коронель повернул направо, к двухэтажному зданию. В окнах первого этажа кое-где горел свет, создавая ощущение тепла и уюта. Мне хотелось верить, что меня не вышвырнут как котенка, который и хозяевам не нужен, и утопить рука не поднимается.

– Скажешь все как есть, без утайки, – произнес Рино, прежде чем постучать в массивную дубовую дверь.

– Коменданте Суро справедливый человек, но не терпит лжи.

Я кивнула, понимая, что ступила на скользкий путь: моя история должна прозвучать так, чтобы в нее поверили, но сказать правду я не могла.

– Войдите! – послышался хорошо поставленный голос. – Виктор, что не спишь?

– Коменданте, – мужчина почтительно поклонился, – госпожа изъявила желание учиться у нас.

– Еще одна? – седые кустистые брови Суро поползли вверх.

– Они в этом году сыпятся как горох по осени. Ладно, зови, раз пустил.

Я выглянула из-за широкой спины Рино. Признаться, за ним было как-то спокойнее, но он не задержался и закрыл дверь с другой стороны.

– Ты не из простых и вряд ли внезапно воспылала любовью к воинским наукам. Сделаем так. Ты быстро расскажешь, что на самом деле привело тебя сюда, а я решу, как с тобой поступить. Садись и начинай. Не испытывал мое терпение.

Я села на краешек стула, по привычке расправила складки платья, чем вызвала усмешку коменданте, задумалась.

Собрав воедино разрозненные осколки чужих историй, пытаясь поверить в то, что говорю, начала рассказ.

– Мой отец держал небольшую пасеку к югу от Серра-Нова, тем и жили.

– Ближе к сути, – поторопился меня коменданте. – Женщины здесь появляются по трем причинам: в поисках работы, таким есть место на кухне, мужа или знаний. Зачем ты здесь?

– Отец решил выдать меня замуж против воли. Мы с Хорхе бежали, чтобы тайно пожениться.

Скрывались несколько дней, пока люди отца не настигли нас и не убили моего любимого. Меня бросили: я позор семьи. Объявили погибшей, – я закрыла лицо руками, всхлипнула, хотя глаза оставались сухими. Не хотела лгать, но судьба не оставила мне выбора. – Мне больше некуда пойти.

– Только этого не надо! Не представляю, что делать с плачущей девицей. У нас тут не мед, – Суро усмехнулся своей шутке, – и набор на этот год уже закрыли. Ладно, демоны с тобой.