Ковен Ядовитых Жал. Часть II. Камни и Кости

Голубые, прикрытые тенью пыльного бра глаза.

Глядя в них, Киссия, почему-то, вспомнила другой взгляд. Тоже голубой. И так же — покрытый тенью.

Взгляд гуля-колдуна Зара, лгущего и манипулирующего, чтобы выжить. Использующего свою магию и выученные приемы, дабы обманывать и питаться чужой силой. Ощутившего ведьминский эфир еще в детстве, но оставленного в стороне от Ковенов и общества, которое могло бы дать ему самое ценное, что может получить ребенок-колдун — поддержку и опору. Зар тоже не учился, но не потому что не хотел, а потому что его никто не нашел.

А Тимофей — такой же ребенок скоротечных, рожденный с силой, как и Зар.

Зар пытался найти свой путь в жизни. Но свернул на темную, неприглядную тропу, оказавшись из-за свой силы уязвимым перед монстрами. И сам стал таким же.

А может ли таким же монстром стать Тимофей? Киссия задумалась, сузив глаза и не отводя взгляд от мальчика.

Да, может. Как и каждый из них. Он доказал это сегодня, совершив необдуманный, совсем не детский поступок.

Чувствует ли мальчишка вину за случившееся? Понимает ли, насколько опасные игры затеял? Или отводит глаза только потому, что считает себя оскорбленным поведением отца? Тимофей показался ей добрым мальчишкой.

Но и Зар — тоже.

Она не могла не провести параллель между ними. Монстром, разрушившим ее жизнь, забравшим ни в чем не повинных сестру и подругу, опустошившим их ради своего личного блага, секундного удовольствия получения чужой силы и... Мальчиком, который оказался на между двумя мирами и не в одном из них, все благодаря слившейся с его нутром магии.

До того, как открыть дверь нагрянувшей нежданно семейке, Киссия знала, каков будет ее ответ. Она откажет и отправит мальчишку восвояси без учителя. Возможно, будет навещать изредка, после того, как поймают Када и снова разрешат ей покидать свой дом. Даст пару советов. Но на этом все.

Теперь же все переменилось. Если сейчас ведьма откажет...

Что, если она косвенно будет виновна в появлении еще одного монстра? Еще одного Зара.

У ведьмы затрясись руки. Дрожь зародилась в кончиках пальцев, а следом — поднялась к подушечкам ладоней, к запястьям. Киссия убрала руки за спину, выпрямляясь.

— Ладно, — сказала она резче, чем планировала, и две пары глаз — удивленные и обиженные — метнулись к ее лицу, — Приводите мальчика в...