Ковен Ядовитых Жал. Часть II. Камни и Кости

Но она оказалась рада, что ее внезапные подозрения не подтвердились.

— Смотри хоть иногда на свой телефон, — попросила Киссия. Кассандра только помахала рукой, говоря: не требуй от меня невозможного.

Она пообещала в следующий раз снова показать бабушке, как пользоваться мобильным и переступила порог портала, скрываясь в прихожей дома в Новой Заре.

***

Кассандра смотрела на заколдованную дверь, переставшую подсвечиваться по периметру, всего лишь мгновение. Но этого мгновения хватило, чтобы в голове пронеслась тысяча мыслей и вопросов.

Почему Киссия так спокойно восприняла подробности своего проклятья? И когда же ее внучка снова станет похожа на прежнюю себя? От внимания Кассандры не ускользнуло осунувшееся от усталости, бледное больше обычного лицо внучки, ее истончившаяся, словно лепесток северной розы, кожа, и потухший взгляд. Да, время от времени она заставляла себя улыбнуться или пошутить, но делала это словно из необходимости, чем по желанию.

И никто, никто не должен так спокойно реагировать на новость о том, что тебя прокляли раньше, чем ты родилась.

Кассандра вздохнула, опираясь рукой о ближайшую стену и стискивая пальцами переносицу. Головная боль пришла внезапно, стискивая череп железным обручем. Ведьма надавила на глазные яблоки, поднимаясь пальцами к границе волос, перемещая руку к затылку и сдавливая основание черепа.

Где-то было ее зелье от мигрени.

Достопочтенная Кассандра, давно не обращающая внимания на часы, прошла, не глядя, к своему рабочему столу, отодвигая верхний ящик, в котором хранились экстренные запасы.

— Достопочтенная Кассандра?

Она все же кинула взгляд на часы, убеждаясь, что не в его привычках звать ее «Достопочтенной» во втором часу ночи. Пузырек с зельем снова оказался в ящике. Ведьма выпрямилась.

— Да?

Голос Аркана не дрогнул, но его глаза выдавали смятение. От лица помощника отлила краска.

— К вам последний посетитель, — сказал он, прочищая горло, — это Бальзамо Кадуцеус.

Слова повисли в воздухе, словно завеса дыма от ее любимого табака. Одно мгновение непонимания, недоверия и злости — и ведьма забывает о мигрени и боли в глазных яблоках, принесенной ею. В голове становится ясно как никогда. Мысли бегут с небывалой скоростью.

— Пригласи его, — велит ведьма. Аркан медленно, словно не веря услышанному, кивает, и скрывается за закрытой дверью.