Спасти царевну

Царевич Елисей с супругой нижайше просят прощения за то, что втянули Вас в свои дела. Их самих задержали в Южном некоторые обстоятельства, но они обещают прибыть в Островное как можно скорее…

Милада наблюдала всю сцену со смешанными чувствами. Великий князь вел себя так, словно ее охранник, а не она сама, был особой царских кровей, угодившей в переделку.

Похоже, Его Высокопревосходительство посетила та же мысль, поскольку Борис торопливо развернулся к ней, стремясь сгладить неловкость.

— Надеюсь, Ваши злоключения не столь ужасны, чтобы Вы решили никогда более не ступать на землю Софийского царствия.

— Благодаря той охране, что предоставил мне царевич Елисей, все обошлось, но я бы хотела поскорее покинуть сей гостеприимный берег! — Милада не умышленно подчеркнула статус тени, словно напоминая из-за кого они тут на самом деле собрались.

— Значит, пора! — резко заторопился Великий князь, первым вскакивая на доску.

Гребцы, привычно взявшиеся за весла, встретили Его Высокопревосходительство приветливыми кивками.

Пожав плечами, Милада чинно двинулась следом и едва заметно вздрогнула, когда рука Киро уверенно легла ей на талию, помогая сохранить равновесие. Впрочем, после всего произошедшего, настаивать на жестком соблюдении правил этикета было уже как-то нелепо.

Вен Лин, молча простоявшая несколько часов за спинами провожающих, последней поднялась на борт заметно просевшего ботика.

— Я надеюсь, мы не затонем посреди пролива, — мрачно пошутила Милада, наблюдая, как медленно, но верно удаляется берег. Гребцы орудовали веслами, сноровисто вычерпывали воду, и суденышко, вопреки всем опасениям, уверенно двигалось к горизонту, а не на дно.

— Ни в коем случае, Ваше Высочество, — лучезарно улыбнулся царевне все еще не представившийся мужчина. Он говорил медленно, словно подбирая слова, с характерным заморским акцентом.

— Маркиз, — Киро устало привалился к мачте, убедившись, что с причала их уже не различить, — где ты взял сие… корыто и куда дел мой корабль?

— Мы нашли чудесное место, — чуть поклонился вельможа, каждым новым своим жестом убеждая Миладу, что имеет полное право на титул, звучащий, скорее, как прозвище, нежели официальное обращение. — Недалеко от города есть бухта — туда-то мы и направляемся.