Сказания о Братимире

На востоке же багрянец вспыхнул яркий, и жаром ужасным пригрозил Солнца Властелин клятвопреступника неверного с девой младой извести со свету белого.

Поднялся внезапно из морской пучины исполин былинный, мощною своей дланью небесную твердыню двигал, а звёзды низко кланялись ему и почитали.

Брови его чёрные и густые свирепо нахмурились, меж пламенеющих очей сверкало божье знамя. В латы дивной красоты мощный стан был облачён, на голове средь белых локонов красовалась златая корона, изумрудом украшенная.

Важным тоном молвил он:

— За такую дерзость их и глазом ты моргнуть не успеешь, сестра моя, — к Царевне Ночи обернувшись, — как обрушится ярость моя на царство земное и с нею плоды трудов людских сравняет!

Испугались твари земные и водные, содрогнулась мать земля сырая.

Но вышла тут чистая дева, ступила близь глади морской и ласково произнесла добрые слова:

— Братец Хорс мой ты, не гневись, сына жизни побереги и град с народом не карай, — место Солнцу в небе уступая.

Тем временем молодая царевна велела найти глухого и немого гонца, коней быстрых, как ветер, и плотника рукастого, но слепого.

Три сундука злата и серебра принести им велела — по сундуку на человека и один для младенца в ладью, — с роскошными мехами и парчовыми одеяниями, сложить вместе и отправить по устью Дуная к землям пращуров своих по отцу-батюшке.

Сорвала ожерелье с груди и положила на сердце младенцу от плоти и кости своей с мольбой сердечной.

— Не свидимся мы с тобою, дитя моё, — чудные очи налились печалью, градом жемчужные слёзы потекли по бледным щекам юной княжны.

— Свет очей моих, будь счастлив и не ищи меня… — хриплым голосом взмолилась, с тяжёлым сердцем поклонилась и простилась.

Глядел Князь Дня светлыми зеницами и ушами слушал внимательно. Смягчил длань карающую и передумал царство рушить.

Вздохнули тогда все твари земные и водные, птицы хвалебную песнь запели.

Меж тем делом с криками петухов явился в палаты Княжеские седой волхв с тростью костяной в руке, премудрый в делах людских и небесных, поведал Князю весть недобрую.

Эхом речь его отдавалась в пустующих залах да громом в ушах людских.

— Беду навлёк лютую добрый молодец Беловолод… Не послушался моего совета и камень волшебный раньше срока уговорённого потревожил. Отныне не будет мать земля сырая плодов давать своих, уйдут звери лесные в чащи дальние и рыба морская не попадёт в сети ловчие.

Вскочил тогда воевода сильный и ударив ручищей тяжёлой, смял златой кубок в монетку крошечную.