Отданная Владыкам гор

- Час назад прибыло письмо с королевским указом. От каждого города, села и деревни прислать по самой красивой невинной девушке. Молодой король надумал жениться.

- Милорд Эйдаш?

- Он самый, - подтвердила женщина. Всем известно, что вместе с Эйдашем нашим маленьким королевством правят два его брата Николас и Сайрин. – Устраивает отбор невест. Ищет достойную.

- На отбор поедет моя дочь, - прогремел над толпой голос старосты, - сэнна Изабель.

- А чего сразу твоя? – Возразил мельник, разглаживая пышные усы. – Моя дочь ничуть не хуже.

- Сказано: невинная, Ромар. Всем известно – твоя давно гуляет с сыном ювелира, - выкрикнул кто-то из женщин.

- Клевета, - взвизгнула дочь Ромара, круглолицая и сероглазая, в дорогом цветастом платке.

- Клевета? – Послышался раздраженный мужской. – А кто вчера согласился выйти за меня замуж, Лисбет? Разве не ты?

По толпе покатился смех. Лисбет вздернула подбородок и бросилась бежать по широкой улице. Сын ювелира, высокий и ладный Винсент побежал за ней.

- Вот я и говорю, на отбор поедет Изабель, - громко повторил местный глава.

Ни с того ни с сего налетела страшная вьюга. Было тихо, староста едва закончил речь и вдруг макушки, облитые снежным хрусталем, покачнулись. Из леса раздался волчий вой, и деревню накрыли ветер со снегом.

В мою сторону ткнули пальцем:

- Это она наворожила! Она. Дурная кровь.

- Завидует, злится.

Я в испуге попятилась, чуть хворост не уронила.

Местные глядели с ненавистью, кто-то осенял себя защитными знаками и плевал через плечо.

Дома рассказывать о случившимся не рискнула. По привычке уложила хворост возле очага, чтобы просох, и отправилась на кухню, а когда стемнело – спать на жесткий топчан. Единственный матрас и пару одеял отдала папе, которого вот уже вторую неделю била странная лихорадка и мучал кашель.

Из сна вырвал громкий стук в дверь. Зимняя заря слабо пробивалась сквозь толстые стекла окон, отбрасывая на стены узкие копья красного золота.

Кого принесло в такую рань?

Набросила на плечи дырявую шаль и, зевая, пошла открывать. На пороге мялись возбужденный староста, растерянный целитель и мрачный храмовник. Не успела ничего спросить, первый набросился на меня с кулаками.

- Ах, ты маленькая дрянь! Снимай с Изабель темный сглаз или я за себя не ручаюсь.

Я вконец растерялась. О каком темном сглазе он говорит?

- Дочь легла вчера спать, а сегодня не проснулась.