Три мести Киоре

— А вы верите, что он чудовище видел? — спросила Ниира прижавшихся к ней детей.

— Угу! Альди плакса, но не врун, — кивнул вихрастый рыжий мальчишка с детской непосредственностью. — И из дома не выходит. Даже днем!

Плач не прекращался, дети нервничали, и Ниира с Афраньей ушли.

— Какой кошмар! Как ты думаешь, что это за чудовище было? — спросила Афранья, когда карета тронулась.

— Мы в Лотгаре, а не в хаанате. Какие чудовища здесь, у нас? Быть того не может!

— Но вообще-то страшно. Может, заедем в Догир и помолимся?

Ниира кивнула, Афранья отдала приказ кучеру, и вскоре они оказались у нового Догира.

— А ведь сейчас тут сам кардинал исповедует, — протянула Афранья. — Поедем в другой?

— Отчего же? Мы же просто помолиться прибыли, — пожала плечами баронета, выбираясь из кареты и привычно опираясь на зонт. — Хотя, если честно, я была бы не прочь взглянуть на кардинала вблизи. Если об этом узнают у меня дома, будут завидовать.

Афранья покровительственно улыбнулась подруге, и они вместе вошли в Догир, надев перчатки.

Ниира закончила быстрее Афраньи, которая наверняка даже в мыслях тараторила, стараясь как можно больше всего уложить в одну молитву. Баронета обвела взглядом огромное, холодное помещение, тени монахов у стен… И совершенно не заметила, когда открылась алтарная.

— Не должен ли я указать вам путь?

Мягкий голос обнял душным одеялом, а сбоку, совсем рядом, возникло лицо первосвященника. Ниира покачнулась, и хрупкая рукоять зонта из резной кости брызнула осколками. Упасть не дал поймавший ее первосвященник, но девушка тут же отпрянула от него.

— Вам плохо?

— Ниира! — раздалось одновременно с двух сторон.

Баронета качнула головой, отступая еще на шаг от первосвященника.

— Простите. Я задумалась, а это, — она посмотрела на лежавший у ног зонт, — лишь досадная случайность.

— Ваша рука, — первосвященник указал на нее, и Ниира перевела взгляд.

На белой перчатке проступили капли крови.

— Идите за мной. Не стоит оставлять раны без должного внимания.

Афранья, сверкая глазами, подтолкнула подругу идти за первосвященником. В темном коридоре пристройки, куда вела дверь, горели свечи.

— Нам не туда, — позвал ее мужчина, когда Ниира чуть не свернула к первой двери. — Сэф не будет рад прерванной исповеди.