Три мести Киоре

Девушка покраснела, опустив взгляд на мягко сверкавший мозаичный пол. Первосвященник отвел ее в другую комнату, являвшуюся неким подобием кладовки. На полках лежали свитки и перья, запасы свечей, стояли какие-то разнообразные по цвету и форме стеклянные баночки. Первосвященник взял несколько, нашел какую-то тряпицу, после чего прислушался и улыбнулся:

— Нам повезло, исповедь закончилась.

Ниире пришлось разворачиваться в тесном помещении и выходить следом за служителем, чтобы в коридоре мгновенно поклониться кардиналу.

— Сэф, позволите помочь этой девушке? Она поранилась в нашем Догире…

Ниира выпрямилась, чуть повернув руку, ровно настолько, чтобы кардинал увидел пару кровавых пятнышек на перчатках. И, как ни странно, вблизи кардинал выглядел еще благообразнее, чем издалека. Или же в том виноват теплый свет в помещении?

— Дитя, надо быть осторожнее. Заходите.

Комната освещалась не в пример лучше кладовки. Первосвященник поставил баночки на стол, кардинал сел в кресло, наблюдая, как тот смочил тряпицу чем-то остро пахшим из одной склянки, а после быстро протер девичью ладонь.

— Как так получилось? — спросил кардинал.

— Я слишком сильно сжала рукоять зонта, — ответила она и покраснела.

Первосвященник же открыл другую баночку, откуда зачерпнул медового цвета мази, которую стал аккуратно и нежно втирать в дрожавшую ладонь. И то и дело пальцы нечаянно соскальзывали на запястье, под кружевные манжеты…

— Что же тебя так напугало?

— Сэф, я просто задумалась. Знаете, в стенах Догиров так и тянет подумать над вечным, над карой за грехи.

— Ты слишком юна для таких мыслей, — кардинал мягко улыбнулся, совершенно по-отечески, и не ответить ему тем же было невозможно. — Что мог сотворить ребенок, подобный тебе?

Губы баронеты беззвучно шевельнулись, и именно в этот момент пальцы первосвященника опять скользнули на запястье. Ниира отвернулась от кардинала.

— Благодарю, лао, — произнесла она, мягко забирая свою руку из чужой хватки. — Благодарю, сэф, — поклонилась кардиналу.

И, дождавшись кивка кардинала, покинула помещение, а затем и алтарную, чтобы угодить точно в объятия Афраньи.

— Всё в порядке, — успокоила она подругу. — По домам? У меня что-то болит нога. Что? Нет, я найму экипаж. Ты же за городом живешь, да?

Получив очередное приглашение в гости, Ниира улыбнулась и попрощалась. В сумочке, что висела на запястье, были последние серебрушки, которых хватило бы два раза проехаться на двуколке.