Каменное сердце

Случись ей помереть, возглавила бы эта дурочка их Дом? Да ее женишок спустя мгновения отозвал бы свое предложение о помолвке! Мелкие ничтожества, способные пакостить исподтишка! Втыкать ножи в спину! Подставлять подножки в темноте! Сталкивать в пропасть!

— Отчеты за неделю мне, — мрачным голосом сказала Рендан, проигнорировав поклоны старейшин. — Немедленно. Йена, приготовь ванну и одежды. Обед в мой кабинет. Живо.

Слуги испарились в то же мгновение, и Рендан, отведя дух, немного расслабилась. Ишь, распустились тут совсем без ее надзора.

Лири робко смотрела на нее, явно чувствуя подвох, но не понимая, откуда.

Рендан прошла мимо нее, словно не заметив.

Божественное очищение и впрямь ослабило действие проклятия, даже могло показаться, что избавило от него навсегда, но Рендан знала, что со временем оно вернется, будто живучий сорняк, чей корень уцелел, и теперь он стремился дать новые ростки, орошаемый щедрым дождем чувств, так и оставшихся невысказанными. Книжка древних проклятий находилась в ее сумке, и Рендан намеревалась обыскать библиотеки своего Дома — может, удастся найти что-то еще, что помогло бы самостоятельно снять «каменное сердце».

Проверяя отчеты о текущих делах во владениях Дома, она попутно диктовала верной служанке вопросы, которые собиралась поднять во время завтрашнего внутреннего совета. Близилась осень и Великий Совет, на котором Дом Даарон намеревался объявить новость о женитьбе Хенджи во всеуслышанье. До него еще было не меньше месяца, но этот месяц виделся таким долгим и тяжелым, что опускались руки.

Рендан замерла на полуслове. Велела подать ей дорогую бумагу и чернила и взялась собственноручно писать личное письмо Хенджи с благодарностью за оказанную услугу. Написала список сладостей и приказала Йене приготовить корзинку. Она намеревалась во что бы то ни стало сохранить прежние отношения, притвориться, будто не было тех полных бесконечного смущения минут…

Пустые официальные слова, изъявления в благодарности и вечной дружбе, шутка в конце письма — обязанная разбавить натянутый тон письма.

Немного успокоив душевные терзания, Рендан с рвением принялась за работу. Когда в дверь постучала Лири, она отмахнулась тем, что слишком занята, что накопилось слишком много дел. Растерянная Лири отступила. Рендан понимала ее замешательство — прежде на первом месте всегда были их вечерние посиделки за чаем, но теперь все изменилось.