Русалка для слуги Кощея

У Даждьросы сладко защемило сердце при мысли о том, что в день праздника Последнего снопа и ее голову покроет нарядная жемчужная кика, после чего увидеть ее волосы сможет только муж. Хотя русалки, переходя в род супруга, в отличие от смертных не обрезали помогавшие чувствовать связь с водяной стихией и творить магию долгие косы, от нескромных взоров красу свою неувядаемую прятали. Нечего чужих мужей и ражих парней в искушение вводить.

Внезапно небо почернело, солнце закрыла окаймленная огнем гигантская черная туча.

Она росла на глазах, стремительно приближаясь и словно поднимая гнувший деревья и вздымавший волнами воду в реке ураганный ветер. Бедные земледельцы забегали по полю, пытаясь собрать разметенные во все стороны снопы, спасая драгоценный урожай. Хотя от такого ненастья впору было искать укрытие самим. При этом приближения грозы Даждьроса не чувствовала.

– Уж не Кощеевы ли это слуги по нашу душу пришли? – непроизвольно прижалась она к Велибору, придерживая норовящую улететь плачею.

Лицо ящера осталось спокойным и ясным, а на обрамленных кудрявой бородой уже почти алых губах играла улыбка.

– Да нет, это мой брат Горыныч на огненных крыльях сюда летит.

Даждьроса и сама уже видела, как туча постепенно принимает облик трехглавого крылатого змея с отливающей медью черной гладкой чешуей и медным подбрюшьем. где трепетала огненная жила. Впрочем, поскольку Горыныч летел явно с миром, пламя изрыгать он не собирался.

Выбрав место поровней, он приземлился, принимая человеческий облик. При этом, заходя на посадку, поднял такой ветер, что даже Велибор едва удержался на ногах, заслоняя Даждьросу, а бедные смертные просто покатились по полю вслед за снопами. Горыныч посмотрел на них участливо, кинув горсть серебра, и подошел к брату.

В человеческом облике он лицом, статью богатырской и черными густыми кудрями походил на Велибора, только шрамов пока не получил и бороду имел медно-рыжую, словно пламя, вырывающееся из жерла огненной горы.

– Ну здравствуй, Велибор, здравствуй, братишка – начал он первым, хотя по обычаю полагалось говорить по старшинству. – Вот, значит, ты как. С Ледяных островов вырвался, от порождений Нави отбился, теперь жениться собираешься, а меня даже на свадьбу не зовешь?!

– Я тоже рад тебя видеть. Горыныч, – смахивая запутавшуюся в бороде непрошенную слезу, раскрыл объятья Велибор.

Глава 30.