Русалка для слуги Кощея

И все же временами Даждьроса завидовала мужу, которому на терзания и страхи просто не оставалось времени. Велибор сутками не покидал своего места у правила, лишь ненадолго передавая руль Горынычу или Финисту, чтобы принять какую-то пищу или перехватить несколько мгновений сна. Гребцы и матросы тоже не жалели сил, в стремлении поскорее достичь заветной цели. Радом с ними русалка временами чувствовала себя едва ли не обузой. Когда корабль боролся со штормом, она невольно вспоминала свое первое путешествие по морю на другом корабле, которым тоже управлял Велибор.

Круг замкнулся, но сколько всего за это время переменилось. Они снова держали курс к пристанищу Кощея, но не как тюремщик и пленница, а как любящие и понимающие друг друга с полуслова супруги. Хотя на сердце у обоих снова лежала тяжесть, а руки и ноги словно сдавливали оковы.

Конечно, прогулки вдоль борта и наблюдение за берегами позволяли хотя бы немного развеять тоску, но все же самым лучшим лекарем оставалась работа. Поскольку к веслам и парусной снасти женщин не допускали, а морскими волнами магия русалок повелевать не могла, то Даждьроса вместе с Жар-птицей взяла на себя обеспечение команды всем необходимым, благо горячую пищу птица верхнего мира могла приготовить, даже не используя дров.

Поскольку к берегу приставали не каждый день, а после выхода в Океан и вовсе не ведали, когда и где удастся вновь ступить на твердую землю, припасы приходилось растягивать и экономить. Как и во время памятного путешествия с Велибором вдоль гряды северных островов, Даждьроса призывала облака, собирая в бочонки дождевую воду.

Ящеры, русалка, дэв и вещие птицы сократили свой рацион, заботясь о доверившихся им смертных. Горыныч или Коркуд каждый день поднимались в небо в поисках суши, иногда их сопровождали Даждьроса или Жар-птица. Однако со всех сторон их окружал открытый океан.

Матросы и гребцы не роптали, готовые разделить с вождями любую судьбу, но Коркуд и Финист хмурились, вспоминая предания, а Горыныч вздыхал, тоскуя по шумным пирам и славным битвам. Впрочем, о том, чтобы повернуть назад, он тоже не мыслил.

– Я слышала, что на остров Буян доступ живым закрыт, – как-то поделилась с мужем опасениями Даждьроса.

– Это говорят про радужный мост, – поправил ее Велибор. – А Буян принимает даже смертных.