Русалка для слуги Кощея

– И сейчас бы отослал, – подцепляя ложкой кусок мяса, насупился Велибор. – Да ты ж все равно не поедешь. И даже лебедкой не полетишь.

– Лебедкой лететь мне и так придется, – с грустью озирая добротно слаженную кузницу, пожала плечами Даждьроса. – Здесь оставаться и в самом деле слишком опасно, и прежде всего для горожан.

– Если сейчас уйдем, кощеевы слуги могут людям отомстить за то, что нас приняли, – озабоченно проговорил Велибор, и Даждьроса с нежностью подумала, как он к «смертным бесталанным» в последнее время переменился.

Впрочем, когда отчаянный ящер, защищая ищущих, вышел фактически один против молодчиков Кривозуба, он тоже только делал вид, что поступает так ради собственной прихоти.

– Тогда придется дать им бой. – воинственно подбоченился Горыныч. – Давно не терпится проверитьсилу заморского талисмана.

– Только прежде, чем проверять, – переглянувшись с Даждьросой, заметил Велибор, – попробуем увести их подальше от городов, лесов и обитаемых земель.

Глава 35. Приготовления

– Почему вы не хотите встретить их в поле на границе или под стенами одной из сторожевых крепостей? – услышав план ящеров, поинтересовался Светлейший.

В окна лился неяркий свет раннего осеннего заката, окрашивая свежей олифой потемневшие от времени бревна стен, высвечивая узоры дорогого набора поясов, играя каменьями в перстнях, на застежках кафтанов и отороченных мехом плащей. Лепшие мужья, собираясь на княжеский совет, наряжались, как на праздник, хотя толковали о тяжелых ратных трудах.

– Не для того мы твою землю от Моровой Язвы спасали, чтобы отдать ее пажити и леса на разорение огненному смерчу, обрекая земледельцев на мор и глад, – пояснил Велибор.

– А почему бы не дать бой на землях соседей? – предложил один из мужей совета. – Они, как и все обитатели побережья Янтарного моря, Кощеевы данники. От них к нам скверна и навь ползут.

– Огонь может перекинуться и на ваши владения, – пояснил Ввелибор, и Даждьроса только поразилась его терпению.

В прежние времена он бы уже взорвался, раздраженный тупостью и недальновидностью смертных.

– Но ведь вы, когда Моровую Язву бороли, – вспомнил боярин Вышеслав, – как-то сумели огонь удержать, чтобы он не причинил вреда моему дому и дочерей не забрал.

Светлейший и бояре вопросительно глянули на Даждьросу, так что той пришлось закрывать пылающие щеки узорчатым шелковым платом, накинутым поверх жемчужной кики.