Русалка для слуги Кощея

– И ты, глупая, такого знатного жениха отвергла, предпочтя ему этого неудачника? – указал он на брата, получив от Велибора заслуженный подзатыльник.

Батюшка Водяной тоже еще раз посмотрел на подарок, предупредив, что в лесу или близ людских селений опасный талисман лучше не применять.

Поблагодарив отца, Даждьроса поспешила в кузню. Еще на подходе она услышала удары тяжелого молота, ритм которого не спутала бы ни с какими иными звуками. Ее лада милый ковал новый меч, расплющивая пластины раскаленной крицы, соединяя ее с привозным булатом и проковывая получившийся сплав, придавая прочность.

Горыныч поддерживал в горне пламя такой силы, что печь едва не трескалась.

Местным кузнецы застыли в благоговейном восторге, наблюдая за работой братьев. Даждьроса и сама залюбовалась спорыми, уверенными движениями могучих рук с бугрящимися под кожей мышцами. Молот, который себе сладил для работы Велибор, когда оправился от ран, не могли поднять даже первые силачи Княжьего града.

Впрочем, местные богатыри и в дружеских сшибках чаще всего пересчитывали ребрами бревна стен или проверяли на мягкость песок ристалища.

А ведь Велибор, когда впервые взял в руки деревянный тренировочный клинок, возвращая телу подвижность, еще в половину своей прежней силы не вошел.

Опустив раскаленную заготовку в воду, Велибор с нежностью глянул на Даждьросу, тыльной стороной ладони стирая пот со лба. Она протянула им с братом туесок с ягодным взваром, который захватила с собой вместе с горшком горячих, напревших с утра в печи щей и караваем хлеба.

Чтобы не мешать семейной трапезе, кузнецы засобирались, сразу вспомнив, что их, вообще-то, тоже ждут дома к обеду жены.

Услышав новости. Велибор лишь покачал головой и просил благодарить тестя за заботу. Хотя они с Водяным до сих пор так и не встретились, друг о друге отзывались со спокойной сдержанностью и уважением. Что же до планов его прежнего господина, то для Велибора они неожиданностью не стали. А вот Горыныч заметно приуныл.

– Ну вот! – обиженно насупился он, не забывая, впрочем, загребать гущу. – Только обустроились, кузню сладили, новую печь сложили и все опять бросать?

– Ты можешь остаться, – напомнил ему Велибор.

Брат в сердцах послал его по очень далекому адресу, а потом смущенно глянул на Даждьросу.

– И как ты его такого терпишь? – поинтересовался он.

– Сама удивляюсь, – подыгрывая деверю, улыбнулась Даждьроса. – Он и меня чуть что в Змейгород отсылает.