Дом без зеркал, или Волшебная формула счастья

Я буквально чувствовала, что со спины ему крайне интересен вид меня, вставшей на четвереньки.

— Как удивительно, — донёсся его протяжный и задумчивый голос из-за спины. — Разве прежде ты не занималась уборкой?

— Почему не занималась? — удивилась я. — Очень даже занималась. Только у нас пылесос с влажной уборкой. Причём робот. Сидишь себе, попиваешь кофеёк, а робот катается по дому и убирает.

Окамир ответил почему-то хмуро:

— Как удобно.

— Ещё как, — согласилась я и опустилась на колени, потому что за статую иначе не пробраться.

Судя по количеству найденной там пыли, заглядывали сюда крайний раз ещё во времена революции. Я сунула туда тряпку, скопившаяся в углу пыль взлетела серым облачком и благополучно налипла на мой вспотевший лоб. Нос засвербело, я чихнула.

— Будь здорова, — пожелал Окамир.

— Благодарю... — шмыгнув носом и вытерев его краем рукава, ответила я и вымыла из угла комки пыли. — Ну тут и грязища, если честно.

— Охотно верю, — подтвердил хозяин дома. — Пашка убирает, как умеет.

Вообще-то старается, но на нем много обязанностей, так что вычищать углы, это уж простите, не успевает.

— Угу, — пробурчала я, чувствуя, как между грудей потекла влажная струйка, — и ты оставил это мне. Понятия не имею, как это поможет мне управлять какой-то там силой.

Послышался смешок Окамира, он сказал тоном, в котором прямо зазвенела мудрость:

— Только физический труд способен привести человека к дисциплине и накопить в нем необходимые качества.

Я оглянулась на него через плечо и сдула со лба прилипшую прядь.

— Да? А чего ж ты тогда на битву с навьими не пешком побежал? Взлетел и полетел себе довольный.

Окамир почесал плечо о косяк арки. Он внимательно и без стеснения меня рассматривает, густые светлые волосы затянуты в хвост, а по дому все ещё расхаживает в льняной рубашке и таких же штанах. Конечно же я засмотрелась на это языческое божество. Да и как не засмотреться, когда рядом такая особь. Я так и не поняла, почему у него соломенные волосы и голубые глаза, потому что всяких Кащеев представляла обязательно брюнетами с черными глазами.

Хотя возможно такой образ нам навязала киноиндустрия, а у Окамира может мама вообще блондинка.

Он поднял палец к потолку и сказал важно:

— Чтобы так летать я много трудился и практиковал. Поэтому могу себе позволить не шляться пешком. Иногда. А ты только в начале своего сиятельского пути. Так что намывай тщательнее.

Окамир ушел по каким-то бессмертным делам, а я ещё полчаса натирала полы.