Обсидиановые звёзды

А Лаель по-прежнему спокойно смотрел, не повышал голос, не злился. Уверенный в себе до неприличия. Наверняка специально все это говорил. Но тут же память подсказала, что Лаель вынес ее из храма, не побоявшись одержимого. Усмирил ее магию, которая явно вырвалась из-под контроля в ту ночь. Его самоуверенность явно основана не на пустом месте. И это немного пугало.

— Кей — не ты, — зачем-то фыркнула Эйбис.

— Рад, что ты это понимаешь. И осознаешь, с кем провела эти два дня, — нахальная улыбка исказила его губы, снимая каменную маску с лица.

— И рад, что сравниваешь, — добавил он ехидно.

Щеки вспыхнули.

— Лаель… — возмутилась принцесса.

— Что, Эй-бис? — он даже языком прищелкнул, растягивая ее имя, и продолжил ехидно улыбаться.

— Ты… ты… — слова не хотели складываться в предложения. — Когда ты успел стать таким наглым?

— А может я таким и был? — пожал плечами мужчина. — Нужно было сперва узнать меня, а потом делать выводы и не только выводы. Я не просто наглый, но и очень злой. Не советую знакомиться с этой моей частью.

Ей же не послышался упрек? С ним не поймешь, когда он вспоминает о самоконтроле и разговаривает ровно, не выделяя слова в речи, не окрашивая их своими эмоциями, а когда действительно ничего не испытывает.

— Хорошо. Прости меня, я не должна была давать тебе повод, — опустила глаза Эйбис. — Все получилось очень некрасиво. Ты меня спас, и я очень тебе благодарна. Но люблю я Кейаса и без него за стену не пойду.

— Нет.

Нет! Нет?! Безжизненно, но так категорично, что даже мурашки по коже побежали.

И Эйбис понимала, что его «нет» это самая важная преграда на ее пути спасения Кейаса. Стена, которую не обойти, не сдвинуть, не пронять умоляющими взглядами и улыбками. Еще и до Бездны оскорбленная стена.

— Силой удерживать меня будешь? — зарычала на него Эйбис, хоть и понимала, что бесполезно.

— Если ты имеешь в виду самоубийственный поход в убежище, то да. Если что-то другое, то и не собирался. Это твой выбор. Мои же мысли по этому поводу тебе вряд ли понравятся. Но это все мелочи.

Твою безопасность я до сих пор ставлю выше, чем все остальное. Поэтому ты пойдешь на ту сторону, и это не обсуждается, — в его голосе появилась властность, а приказной тон вызвал раздражение.

— Вот так, значит. Хорошо же. Тогда я остаюсь жить здесь, но за стену не пойду. Чтобы пройти, попросить же надо? Ты меня не заставишь.

И Эйбис демонстративно уселась на траву у стены, скрестив ноги. Лаель сел напротив в той же позе.

Сидели они и молчали долго.