Моя мама - ведьма

– Все в порядке со мной.

– Ты неделю спала, – тихонько пищит Вик, куда-то мне в плечо, – неделю. Я боялся, что не проснешься уже!

– Ну как бы я могла не проснуться, – выдыхаю с легкой улыбкой, утыкаясь носом в волосы сына, – я же тебе слово дала, что не брошу.

Неделю колодой пролежала.

Ужас на самом деле, но принять тот факт, что там, где раньше было магическое мое поле, сейчас черная выжженная субстанция, моему телу, всему ведьминскому существу было непросто.

И я сейчас совсем не понимаю, как буду дальше жить, но… Как-то буду, видимо.

Меня вытащили, я выжила, я проснулась.

Хоть и так странно смотреть и видеть мир… Вот так. Без магических отсветов, без еле заметных связей… Когда ворон, сидящий на верхушке шкафа и нагло дрыхнущий – просто ворон. Я не чувствую в нем той угрозы, что чувствовала всегда, не чувствую сущности, не чувствую магии…

– Кар, – Каркуша разлепляет глаз-бусину, смотрит на меня и снова повторяет, – Кар-кар-кар.

– Мам, – Вик переходит на заговорщицкий шепот, – а можно я ему хвост подпалю.

А то чо он обзывается?

Где-то внутри меня холодеет, но я и не удивлена, что не понимаю слов Каркуши. Простым людям не доступны связи с фамилиарами. И языка зверей они тоже обычно не понимают. Кто-то из Елагиных это умел, и потому – умел весь ковен, но я теперь не часть его, и даром семейным пользоваться мне не позволено.

Снова открывается дверь, на этот раз без стука, спокойно. Я не успеваю к ней обернуться, уже в процессе, заметив, как целительница склоняет спину в поклоне, понимаю – пришел Аджит.

И только развернувшись, вижу, что пришел он не один.

– С пробуждением, Отрада, – ослепительно улыбается мне темноволосая девушка, – вы меня не знаете, но мне уж очень не терпелось познакомиться с мамой будущего сына.

Ох-х…

Если бы я знала, что просыпаюсь ради таких приветствий… Я бы, пожалуй, поспала еще пару часиков.

Она красивая. С этим не может спорить даже ревнивая женщина. Тяжелые веки, тонкие черты лица, гладкие волосы аж до самых бедер струятся.

Её красота – благородная, непростая, как это бывает у всех, кто имеет очень высокое происхождение. Впрочем – её происхождение, её положение сквозит во всем. В том, как высоко она держит плечи, не позволяя золотому венцу на своих волосах даже чуточку склониться к земле. В том, как именно она смотрит на мир – будто придавая ему значимость своим наблюдением. Жесты, шаг, тон голоса – все в спутнице Аджита выдает заоблачную высоту её полета.