Моя мама - ведьма

Не чувствую теплых волн ворожбы, которые точно должны быть.

И запаха благодати нету, прохладно-голубого, свежего, пьянящего меня всякий раз, когда я приближалась к Аджиту. А держит меня именно его Хвостатость, силу его хватки я не перепутаю ни с чьей.

И все-таки жива. Жива! С ними!

Правда… Все равно долго не выдерживаю.

Оказавшись в теле, сознание мое решает, что с него хватит. И что оно будет принимать лишенную магии нашу сущность во сне.

Отключает меня молниеносно.

Глава 14. Беда любит ходить не одна. Только с компанией!

Сон мой холодный, тяжелый, неприятный.

Пустой. Не снится абсолютно ничего, и уже поэтому, когда наконец удается разлепить глаза так, чтобы они не слиплись обратно, – я испытываю лихорадочную, восторженную радость. Проснулась.

На самом деле проснулась.

Лежу на мягком, смотрю на светлое.

На белый полог над кроватью. Слушаю, как тихо позвякивает в стороне что-то стеклянное.

Приподнимаю голову – чудовищно много усилий на это уходит, нахожу глазами худенькую сероглазую девушку.

Судя по бронзовому змеиному обручу на её волосах – нагиню. Судя по тому, с каким знанием дела она мешает в ступке травы – целительницу. Ну, да, логично. Если у тебя есть возможность быть с пациентом в одной весовой категории – будь. А то случайным движением хвоста можно и ребра переломать.

Целительница удивительно чутко приподнимает голову и смотрит на меня в упор. Поднимается из-за стола, касается кристалла на высокой подставке, и он начинает пульсировать неровным синим светом. Раньше я бы увидела больше.

Ощутила бы, в какую сторону легла линия волшебного импульса, как далеко тот, к кому она адресована.

Я всегда чувствовала много.

Тем ужаснее чувствовать так мало.

Пока я справляюсь с первичным осознанием собственной беспомощности, нагиня-целительница делает несложный пасс, и меня окутывает белым облаком тепла. Волной проходится от макушки до пяток, и исчезает.

– Для магика с полностью выжженным магическим полем у вас на диво крепкое сознание, – критично замечает девушка, – думаю, посетители вас не перегрузят.

Посетители?

Я не успеваю озадачиться, кто бы это был, как дверь светлой комнаты распахивается от нетерпеливого пинка. Внутрь влетает Викрам, замирает на пороге, смотрит на меня во все глаза, а потом снова срывается с места. Прыгает ко мне на кровать. Виснет на шее, не как почти сформировавшийся отрок, коим он пытался казаться все это время, а как отчаянно напуганный мальчишка.

– Ну, ты чего, малыш? – шепчу, поглаживая его макушку.