Лисий орден

Я в этом фарсе больше участвовать не хотела. Пусть друг сам устраивает свою личную жизнь – это ему жениться на леди Риш, а не мне.

Во рту появился привкус горечи.

Уже переодевшись, я решила добраться до тренировочного зала, где при помощи любимой шпаги могла снять с себя весь груз недовольства. Свободная рубашка, узкие штаны на подтяжках дополняли мой образ своеобразной воительницы, однако сегодня мне было не суждено снять накопившийся стресс. На полпути меня перехватил слуга отца, передав приказ того явиться к нему незамедлительно.

Я, быть может, и ослушалась, чтобы поиграть на нервах отца, но слугу так трясло от страха, что мне не оставалось выбора. Я прекрасно знала, как Дайтос Реакруа относился к тем, кто приносит плохие новости. Быть карательной рукой мне не хотелось.

Проследовала за сгорбленным мужчиной в дворцовую келью. По спине знакомо побежали мурашки – никогда не любила это место. В нем витала неописуемая гнетущая атмосфера: стены давили, а от вездесущего запаха благовоний кружилась голова.

Отец всегда выбирал это место для наших встреч, если хотел получить положительный результат в переговорах. Обычных бесед мы не вели. Здесь же мой затуманенный разум терял связь с действительностью и реальностью, готовый на все, лишь бы скорее покинуть ненавистную келью.

Открыв двери, слуга не стал заходить внутрь, лишь с облегчением выдохнул – свою задачу мужчина выполнил. Я грустно усмехнулась, зная, каким несносным бывает Дайтос Реакруа, пребывая в плохом настроении. Раньше я и сама безумно боялась отца, но после смерти матери зареклась никогда не подпускать его к своей душе.

Вирения показала, к чему это может привести, на собственном примере. К матери я не спешила.

Поэтому я шла между рядов скамей, морально настраиваясь на сопротивление. И по довольной улыбке отца поняла, что не зря. Рядом с ним стоял Сейдж, столь же эмоциональный, как и статуя Богини позади него. Однако хоть его лицо ничего не выражало, по руке, что постоянно одергивала рукав рубашки, было видно волнение, переполняющее поспешника изнутри.

Я даже до конца не могла поверить своим глазам. Это было совершенно не свойственно лучшему из Ищеек.

– Ада, ну наконец–то, – воскликнул отец, утягивая меня поближе к алтарнику. – Мы уже заждались.

С главой фракции происходили невообразимые метаморфозы. Я никогда не видела его столь счастливым. Живот скрутило от плохого предчувствия, надвигающегося на меня снежной лавиной. И я чувствовала, что меня накроет с головой.