(Не)верный телохранитель

И тотчас пожалела, что не выкинула его подарок. Уж очень пронзительным взглядом смерил меня наёмник, задержавшись на устало поникшем букете. Словно пытался углядеть в моём упрямстве некий скрытый смысл — и находил его в цветах. Словно видел в спасении пары растений нечто большее, чем банальное стремление к прекрасному… А я ведь чисто рефлекторно их поймала! И ничего не имела в виду. Вроде...

— Чтобы не вызывать лишних подозрений, мы должны вести себя друг с другом свободно и непринуждённо, — сморгнув, наконец-то отвернулся мужчина.

И меня снова охватил гнев.

— А вот и останусь! — бросила в сердцах.

Никогда не любила шантажистов. Особенно использующих в своих целях откровенно грязные методы...

— Но если со мной что-то случится — разговаривать с королём будете сами! — добавила, подумав.

На всякий случай.

— Как пожелаете, королева Юлиана, — извернувшись, мужчина умудрился отвесить мне шутовской поклон — и без промедления послал коня вперёд, поставив жирную точку в нашем обсуждении.

А я, прежде чем броситься вдогонку, с неудовольствием отметила, что все изменения в его поведении были вызваны совсем не внезапно вспыхнувшими чувствами, которые мне почудились. И не проклюнувшимся уважением. А исключительно практической необходимостью расположить меня к себе. Так сказать, желанием наладить контакт.

8

До самых сумерек мы двигались в практически мёртвой тишине. И хотя ни телохранитель, ни его конь никуда не убегали, догнать их у меня упорно не получалось. Наёмник неизменно держался на два корпуса впереди. Словно не хотел иметь со мной ничего общего... Либо готовился к худшему и не желал, чтобы его отвлекали.

Лично я больше склонялась ко второму.

Не мог же он обидеться на отказ, верно? В конце концов, где он, а где я.

— Достаньте кобуру и закрепите её на поясе, — притормозив, неожиданно обронил мужчина. — Чтобы всем желающим сразу было видно, что вы вооружены.

— Хорошо, — вынырнув в реальность, кивнула я.

А сама подумала, что была недалеко от правды... И это не радовало.

— Лучше сделать это сейчас, — терпеливо, но с нажимом заметил телохранитель. — За поворотом грунтовая дорога сольётся с бетонной и мы окажемся как на ладони.

И я, вздохнув, обречённо полезла в сумку.