Сокровенно

Такого отчаянного, что каждый раз я просыпалась с криком.

Вот только сейчас это не было сном. Поэтому страдание ожгло грудь сильнее стократ.

— Кто же ты? — сорвалось с моих губ.

Я глубоко вдохнула, чтобы прийти в себя и прогнать отравляющий след тоски, сжавшей моё сердце, и запрокинула голову. Но, заметив, как посветлело небо, поторопилась к кучкам сиреневатого пепла. Первые же лучи солнца уничтожат следы ночной битвы, а мне требовались доказательства победы.

Вытащив колбы из непрозрачного стекла, я осторожно переложила в каждую по щепотке остатков от каждого вампира.

— Нет, — осадила себя. — Этих убила не я.

Но за каждую дополнительную колбу я могу получить не только деньги, но и возможное спасение для Линды. Не стоит забывать, что удача не вечна и завтра я могу проиграть. Оставлю сестру наедине с болезнью. Одну во всём мире…

Поэтому, наступив на гордость, я заполнила пеплом мёртвых вампиров все имеющиеся у меня пробирки.

В утренних лучах мой район выглядел ещё более убогим, чем обычно. Рабочий люд уже спешил, заполоняя улицы серым потоком. Будто грязные, текущие по асфальту ручьи во время ливня. Я знала, что через час тут всё опустеет, и безликие дома погрузятся в удушающую пыльную тишину до самого вечера.

Я постучала в облезлую дверь одного из тысяч подобных ему, ничем не примечательных домов. Отличался он лишь тем, что здесь жил вовсе не уборщик и не менеджер низшего звена.

— Доброе утро, наставник Мур, — вежливо поклонилась я.

Кивнув, он немного посторонился и пропустил меня в темноту коридора. Когда дверь захлопнулась, вспыхнул яркий свет. Я привычно прищурилась, чтобы не «ловить зайчиков» последующие полчаса. Проверка на сущность, которую изобрёл Лин Мур, срабатывала от датчика движения в любое время суток.

— Рад, что ты жива, — холодно бросил наставник и прошёл внутрь квартиры.

Я последовала за ним и села на продавленный диван. Молча выложила на обшарпанный журнальный столик десяток колб. От их количества седые брови Мура поползли на лоб, и это был один из самых приятных моментов последних суток.

— Я выследила Стэнли, — не сумев сдержать самодовольной усмешки, пояснила я.

Наставник сел в кресло так резко, будто его перестали держать ноги.