Пелагея и принц осени

Какие уж тут угрозы с нравоучениями?

Ли Тэ Ри глядел на него, поникшего, заморенного, и даже иногда присоединялся к другим участникам, которые пытались парня утешить.

– Да всё с тобой будет хорошо, – вылетало из-под маски у Ши.

– Походишь с недельку к фониатру, поделаешь ингаляции, упражнения – и станет твой голос лучше прежнего, – уверял Рё, поправляя свою медицинскую маску.

– А мы, пока ты болел, сценарий набросали, – говорил лидер. – Собираемся в прямой эфир для фанатов выйти. Ли Тэ Ри, ты теперь часть команды, так что обязан участвовать.

– Непременно, – соглашался тот.

Тем же вечером, украсив общую гостиную гирляндами и надувными шариками, они включили ноутбук и разместились на диване напротив камеры. Пелагею усадили по центру. Эльфа также выдвинули вперёд. Весь из себя статный и харизматичный, он просто не был создан для задних планов.

Едва прямой эфир начался, как набежали тысячи подписчиков. От них сыпались тонны комментариев. Поздравляли Кю с выздоровлением, любопытствовали, что это за новый красавчик в коллективе, отвешивали комплименты Пелагее.

Хёк, которому досталась невыгодная позиция сбоку, косил глазом на Ли Тэ Ри, Кю и Пелагею и чуял в них любовный треугольник, который рано или поздно ввергнет группу в хаос.

Из задумчивости Хёка выводил дружественный тычок под рёбра от собрата – колючки Йе, и тогда тайный наблюдатель принимался острить и выпендриваться на камеру, чтобы фанаты не заскучали.

Домашнее видео имело успех. Оно собрало рекордное количество отметок «нравится» и поднялось в рейтинге, обогнав даже самые популярные видеоролики.

Ли Тэ Ри и впрямь оказался тузом в рукаве. Теперь группой интересовались не только молодые девчонки, но и дамы постарше. Главный менеджер только диву давался: как это вы, ребятки, умудрились в разгар эпидемии занять первые строчки поисковиков?

Триумф никак не отразился на депрессии осеннего принца.

– Хочу снова к тебе домой, – однажды сказал он Пелагее. – Чтобы всё было, как раньше. Чтобы не было масок, киллер-вируса, чтобы мой голос…

Он прервался, пытаясь справиться с подступающим комом эмоций.

– Мне кажется, я больше не смогу петь.

– Терпение, – сказала Пелагея. – Всё ты сможешь. И не из таких передряг выбирался.

В комнату к нему ввалились Хёк, Рё и Ши.

– Там кое-кто сготовил кое-чего, – заговорщически подмигнул Ши. – Не хочешь попробовать?

– Ты должен поесть. У тебя, вон, кожа да кости, – ввернул Хёк, с толикой подозрения поглядывая на Пелагею.