Пелагея и принц осени

– Если это очередное блюдо от шефа Ли, то я лучше воздержусь, – с наигранной мрачностью сказал Кю. – Он меня на всех кулинарных шоу переплюнул, все награды себе забрал, злодей. А если честно, у меня просто аппетита нет. Настроение ниже плинтуса.

– Даже с таким настроением ты у нас юморист номер один, – рассмеялся Рё. – Мы передадим шефу Ли, какого ты о нём мнения. Хе-хе!

Они ушли, и Кю с Пелагеей остались вдвоём.

– И почему я такой дурак? Можно ведь было и по-нормальному внимание завоёвывать. Нет, заразился зачем-то, осложнения получил, – пожаловался осенний принц.

Он сидел на кровати, а Пелагея стояла рядом. И он не придумал ничего лучше, чем прижаться к ней в поисках утешения.

Само собой, сквозь стену к ним тотчас просочился Ли Тэ Ри, страж порядка и неприкосновенности своей жены. Кю разжал руки и вернулся в прежнее положение, даже не вздрогнув.

– По какому поводу нежности? – строго вопросил эльф.

Кю с горестью поведал, что его голос всё ещё оставляет желать лучшего и что ему, возможно, придётся попрощаться с карьерой.

– Но ты же понимаешь, что это последствия твоих необдуманных действий? – назидательно изрёк Ли Тэ Ри. – Когда вся твоя жизнь предмет для пристального наблюдения, важно выверять каждый шаг. А не так, что захотел – поехал на съёмки в разгар эпидемии, захотел – заболел.

Он приблизился к Пелагее и крепко её обнял, чтобы таким образом засвидетельствовать их нерушимую связь перед этим идиотом человеком.

Кю взглянул на них и едва не прослезился.

– Если вы не против, – сказал он, – я бы предпочёл побыть один.

Коварный эльф демонстративно запечатлел поцелуй на губах Пелагеи и вместе с нею скрылся с глаз долой. Осеннего принца подташнивало.

Он лежал на подушке с закрытыми глазами, и у него болела голова. А потом накатил тяжёлый, вязкий сон, и просыпаться хотелось меньше всего на свете. Но спустя десять часов Кю всё-таки проснулся. Вспомнил, кто он, где он и что ему в связи с потерей голоса грозит. Лучше б не вспоминал.

«Что сделать, чтобы развеять печаль? Как впустить больше свежего воздуха в свою душу? – размышлял он.

Он нащупал в кармане пижамы ключ, который дала ему Пелагея, и подумал о лесном доме. Сейчас там наверняка, кроме кота, ни души. Как было бы замечательно там оказаться…

Не понимая толком, что делает, Кю встал с кровати и направился к шкафу – эта старая модель когда-то запиралась на ключ, и на ветхой дверце темнела замочная скважина.