Кадеты Нефритовой Академии

Но страшнее всего сейчас было то, что Серая Стража имела право объявить Призыв — и забрать себе любого, в ком нуждалась.

«Ролан… — думал Герард с тоской. – Нужно забыть про это письмо. Нужно его скрыть… – И тут же одёргивал себя: – Нет. Так не пойдёт. Они узнают всё равно. Нужно позвать Эклунд. Нужно договориться с ней. Мы можем спорить, но в этом она меня поймёт. Я не могу оставить дом…»

Он несколько раз проваливался в тяжёлый сон и просыпался, лишь когда чувствовал у губ стакан — кто-то приносил ему лекарства, но Герард не успевал разглядеть, кто это был, потому что снова засыпал.

Он настолько потерялся во времени и пространстве, что не до конца поверил собственным глазам, когда услышал в сером мареве голос Ролана:

— Дед!

Герард открыл глаза и увидел внука, тянущегося к нему. Левая рука всё ещё плохо слушалась, но он ответил на объятие, насколько смог.

— Ролан… — прошептал он, и невольная улыбка окрасила его губы. — Давно ты… здесь?

— Я только прилетел и сразу к тебе. Врач говорит, тебе нужен покой, но со временем всё будет хорошо — нужно только пить лекарство каждый день.

Герард кивнул.

— Лекарство… — протянул он. В последние месяцы вся его жизнь, казалось, состояла из одних только лекарств.

«Мне сто двадцать шесть лет…» — подумал он, но вслух этого говорить не стал.

— Ролан, — сознание Герарда немного прояснилось, когда он вспомнил про письмо, — ты не должен… — Герард закашлялся, и Ролан поспешил подложить ему под голову ещё одну подушку, чтобы тому стало легче дышать. — Ты не должен, — продолжил Герард, справившись с кашлем, — показываться никому на глаза.

— Куда? — Ролан непонимающе смотрел на него.

Герард прикрыл глаза. Ему нужно было передохнуть, прежде чем продолжать.

— В Серую Стражу… — выдохнул он наконец. — Уверен, ты о ней читал…

Ролан непонимающе смотрел на него.

— Это невозможно, — тихо сказал он, — Эклунд никогда не решится… восстановить Стражу… и тем более призвать меня…

Герард устало качнул головой — оторвать её от подушки не удалось.

— Это так, — тихо сказал он, — ты должен разобраться… что произошло. Но не думай туда вступать.

Ролан качнул головой.

— Разумеется… я бы никогда…

— Письмо… — рука Герарда слабо шевельнулась, но Ролан понял, что он хочет сказать. — В камине… никто не должен узнать… что оно пришло…

Ролан поднялся и, взяв кочергу, торопливо перемешал золу — если там и лежали обрывки письма, то на них ничего уже невозможно было прочесть.