Запах ведьмы

– Э-э, как вас там, Антон, да?

Антон слегка наклонил голову, прислушиваясь, и я продолжил:

– Мою машину перегоните на Рублевку. Ну, знаете, куда. И помойте ее заодно. Только как следует помойте, а не как в прошлый раз! Уволю, нах!

– Слушаюсь, сэр,– тут же услужливо поклонился мне охранник, пряча улыбку.

Блондинка с откровенным восхищением посмотрела на меня. Потом как-то цепко ощупала взглядом, и я осознал, что это было не восхищение, а изумление. Что-то было сделано не так.

Я первым полез в машину, но, оказавшись внутри, не сразу понял, куда примостить свое измученное тело – в этом роскошном лимузине все сиденья и даже стол посреди салона оказались завалены букетами живых цветов.

Пока я, пригнувшись, озирался в поисках свободного места, в салон влез Ганс и сразу решил проблему, одним движением руки смахнув груду букетов с задних сидений.

Он уселся там, блаженно вдыхая охлажденный кондиционером воздух, и тогда я пошел к товарищу, осторожно перешагивая через букеты.

– Одну минуточку! Сейчас все уберем,– забормотал телепузик, безжалостно вышвыривая букеты из салона прямо на асфальт.

– Хоронили, что ль, кого? От ментов аль в пацанской разборке братуха сгинул? – вяло поинтересовался Ганс в пространство, но в общей суете этот бред никто не услышал, и Ганс обиженно затих.

В лимузин забралась блондинка, на секунду замерла в интересной позе, выбирая себе местечко, а потом направилась к задним сиденьям, явно собираясь сесть между мной и Гансом.

Уж не знаю, почему мне это не понравилось, но я тут же подвинулся ближе к приятелю. Впрочем, блондинку это не смутило – она просто уселась на мои колени, глядя мне прямо в глаза, и еще поерзала своими меховыми трусами прямо по гульфику застиранных армейских галифе.

Я попытался осторожно спихнуть девицу, но это оказалось невозможно – она намертво обхватила руками мою шею и расставила ноги так широко, что я оказался в самом настоящем капкане, выбраться из которого можно было бы, только расчленив блондинку бензопилой «Дружба».

Я сдался, прекратив сопротивление, и откинулся на спинку кресла, с демонстративным интересом глядя в окно, где блестели витрины ночного клуба и помаргивали отголоски цветомузыки из танцевального зала. На самом деле я просто не знал, как следует вести себя в такой щекотливой ситуации – дать бабище в ухо или, напротив, отдаться инстинктам, настоятельно требующим от меня совсем других действий.