Буран

В лицо Ивана тут же ударил поток воющего ветра, швырнув через порог горсть снега.

Выстояв, Иван вцепился рукой в косяк и подтянул себя вперед, шагнув наружу, в непроглядный буран. Протянул правую, с зажатой в ней монтировкой.

Измотанный путник отбросил догорающую алым светом шашку и ухватился за спасительную железку.

Иван втянул неизвестного внутрь и тот как подкошенный рухнул на покрытые снегом доски пола. Сначала коленями, а потом и лицом, потеряв сознание.

По-прежнему не говоря ни слова, Василий закрыл дверь плечом и поставил монтировку на распор, врезав по ней ударом ноги.

Опустившись на колени, Иван взял путника за плечо и осторожно перевернул на спину. По полу тут же стукнуло что-то тяжелое. Василий, стоявший позади, присвистнул. Под скудным светом, льющимся снаружи поблескивал тяжелый, золотой крест.

Стянув с головы незваного гостя капюшон, Иван угрюмо кивнул.

- Служитель религиозного культа… - устало произнес он.

- Батюшка – поправил его Василий.

- Ну это вас там, батюшка – отмахнулся Иван, вставая, опершись на колено – Я далек от религии.

Священник продолжал лежать пластом, постепенно оттаивая от снега. Лицом он был также бородат, как и полярники, никакого имущества кроме тряпичной, наплечной сумки не имелось.

Дышал слабо и тяжело.

Присев, Василий расстегнул тулуп «гостя» и коротко проверил наличие оружия. Ни ножа, ни пистолета, что странно для этих краев. В сумке обнаружилась тетрадь, книга, и краюха хлеба.

- Стоило бы помочь ему, прежде чем обшаривать. Как думаешь? – с укором буркнул Иван, взяв с полки аптечку – Отойди-ка…

Василий уступил место и снова встал сзади, за левым плечом напарника.

- Предпочел убедиться, что этот, как ты выразился «служитель культа», не пальнет в нас сразу, как очухается – отозвался второй.

- Не думаю, что священник способен на такие вещи – угрюмо ответил Иван. Склонившись ближе к лицу мужчины на полу, метеоролог почувствовал, как его обдало холодом от его кожи.

- Накрыть надо, чтобы тепло не шло. Вдруг обморожение? – вновь заговорил Василий.

- Ты мне-то не рассказывай – отмахнулся Иван и прикрыв нос и щеки священника полосой марли, сгреб с пола залетевший снег. Мягко разложил его по ткани, повторяя черты лица путника. Так же присыпал и руки.

Когда бледная маска из снега заняла свое место, Иван поднялся на ноги. Плеснул на вату нашатырь.

- Не рановато? – хмыкнул Василий.