Призванная на отбор

В гостиную я вошла последней.

— Ну наконец-то, — протянула Фелиция.

— Элери, заставляете себя ждать, — не преминула укорить госпожа Берта.

Я сдержала порыв сказать, что здесь меня вообще быть не должно.

— Но ведь я пришла.

— Какая честь, — снова встряла Фелиция.

— Ты хочешь мне что-то сказать, Фелиция? — Я знала, что таким, как она, нужно давать отпор сразу. — Выскажись сейчас, я не собираюсь играть в эти игры.

Фелиция вскинула густые темные брови.

— Ты что-то перепутала. Я не разговариваю с простолюдинками.

— Тогда надеюсь больше не слышать твой голос, — отрезала я, и Фелиция скривилась.

— Элери, как вам не стыдно! — вспылила госпожа Берта. — Среди вас будущая элия — надежда Вистериоса, — а вы ведете себя столь неподобающе! Ступайте за мной, нельзя заставлять ждать госпожу Кассию.

— Не обращай внимания на эту занозу Фелицию, — прошептала Аби, ухватив меня под локоть, когда мы шли по коридорам замка за распорядительницей.

— Даже не думала.

— Ее папенька один из лордов Повирра, поэтому она считает, что имеет право задирать свой большой нос.

Переговариваясь таким образом, мы вышли из замка. Во дворе нас ожидали кареты. Мы заняли места — по четверо в одном экипаже. Я оказалась вместе с госпожой Бертой, Аби и Эстель. Последняя сидела поджав губы и сложив руки на коленях — воплощение скромности и благопристойности. Жаль, что эти качества не помешали ей сплетничать обо мне. Эстель сразу же отвернула голову в окно, всем видом показывая, что общаться не намерена.

У меня же не шел из головы сон. А вдруг эльдену угрожает опасность там, на границе?.. Я читала об ирхах — ужасных созданиях тьмы, живущих за завесой на востоке. Вдруг эльден вступил с ними в схватку и… Если с Аласдэром, не приведи боги Вистериоса, что-то случится, я навсегда останусь здесь, в этом чужом и непонятном для меня мире…

— Куда мы едем, госпожа Берта? — нарушила тишину Эстель, вырывая меня из потока невеселых мыслей.

— В Цветущие Сады, элери, — протянула распорядительница. — Мне кажется, в этом нет никакого секрета. Суть второго испытания не менялась уже много веков.

Эстель кивнула и больше ни о чем не спрашивала. Я заметила, как она нервно прокручивает на пальце простое серебряное колечко.

Когда примерно через полчаса карета наконец остановилась, моя пятая точка превратилась в одну большую мозоль, даже бархатное сиденье не спасло.