Волчья клятва

Какое поколение?

— Я тоже альфа, — встрял Алекс, желая произвести впечатление на деда.

— Не помню, четвертое или пятое, наверное, — пожала я плечами. Никогда не желала приписывать другим свои заслуги и считала, что сильная, потому что я — это я. А не потому, что какая-то там в поколении.

— Пятое, значит.

Мистер Вилсон довольно кивнул, и повернулся к внуку, будто тот выиграл какой-то приз.

Та первая встреча намертво засела у меня в памяти. Этот человек умел производить неизгладимое впечатление.

— Мистер Вилсон, мы с вами еще пять лет назад, в мои четырнадцать, выяснили, что я не понимаю полунамеков.

Краем глаза я заметила, как старик поморщился. Если альфа указывает прямо, даже без намерения приказа, переступить через этот барьер сложно. Я знала, что старик никогда это не признает, а значит, и не нажалуется брату.

— Я не хотел тебе напоминать. Но мое сердце всегда помнит и сожалеет о твоей потери: лишилась отца, затем матери и дяди по матери… Если так подумать, то за всеми этими событиями стоит твой брат и его жена.

— Если так подумать, то за всеми этими событиями стоит мой дядя Трент, — сквозь зубы сказала я. — В каждой семье своя паршивая овца.

— Ты все еще носишь его? — он неожиданно сменил тему.

Мой взгляд опустился на руку. Я и сама не заметила, как неосознанно начала крутить ремешок на руке. Мистеру Вилсону он был хорошо знаком, ведь он был свидетелем того, как я его надела. И он знал причину.

Я опустила руку. Пожалуй, собрала достаточно.

— Хорошей прогулки, пойду найду Ларк и похвалюсь отлично проделанной работой, — качнула корзиной и под тем же пристальным взглядом ушла.

Я любила всю семью Алекса. Люк и Рейчел были замечательными, но этот старик… Он был настоящим упырем. Он мог достать до самого дна твоих мыслей, взболтать все так, что вся тина и тлен поднимались на поверхность, а затем наблюдать за этим со своей гаденькой улыбочкой.

Как медведь, я продиралась сквозь кустарник, злая на свои мысли.

Обида, злость, несправедливость.

Двенадцать лет я проходила через многие этапы. И поняла, что злость к мертвым не так помогает.

Не стала искать Ларк, оставила корзину на пороге клиники и пошла сразу к Рыжему дому. На воскресный ужин сегодня все собирались в доме Дормеров. Рановато, но мне требовалось тепло бабушки Нормы, чтобы вытеснить мрак, посеянный дедушкой Алекса.