Кот, его ведьма и проклятый принц

Мориэлла вздрогнула, следя, как паутина неспешно оплетает тело тетки, забирая магию, вытягивая жизненную энергию и оставляя после себя белую кожу. Так же было и с ней? Девушка коснулась дрожащей рукой своего лба, прямо в том месте, откуда росла её седая прядь.

− Тогда почему… − руки Мориэллы сжались, а взгляд коснулся матери на полотне. Её красивое лицо теперь было размыто из−за слёз.

− Ты выжила, а она мертва, − сказала Марлен, и девушка почувствовала себя так, словно ей дали пощечину.

− Нет… − прошептала она, наклоняясь ближе и сжимая худые плечи тети своими руками.

– Нет, прошу… Я... Я же люблю тебя, люблю её, пожалуйста, тётя...

Мориэллу избегали другие ведьмы, но мать любила её и привела в этот мир для великой цели, известной лишь богине. Так говорила Марлен. Она была одна, но мать всегда незримо сопровождала её, давая силы, её любовь отогревала и дарила смысл её жизни. Она не была своей в ковене, но если бы была жива мама…

Тётка бредила, только и всего.

− Она зачала тебя, чтобы убить.

Мориэлла отшатнулась от Марлен и почувствовала, как задыхается. Она закричала в потолок, падая на колени и хватаясь за голову руками. Магия колыхнулась в ней, ответив на боль. Внутренности сжала невидимая рука, и слёзы пролились из глаз. Мориэлла не помнила, когда плакала последний раз, и это простое действие принесло ей невыносимую боль. Казалось, глаза вот−вот расплавятся, а горло скрутит от нехватки воздуха.

Запах цветов забил нос, и ведьма стиснула зубы, прежде чем подняться на слабые ноги.

Глаза Марлен были устремлены вверх, на портрет её сестры. Прямо перед тем, как белая паутина погребла под собой едва шевелящиеся сухие губы и коснулась век, закрывая их.

− Марлен! – крикнула Мориэлла, бросаясь к ней, но ведьма не подавала признаков жизни. Девушка уже не думала о её спасении, ей было важно другое. – Не уходи! Скажи, что ты солгала! Очнись, очнись же, Г’хдор тебя задери!

Мориэлла закричала, принявшись трясти за плечи истощенный бледный труп, покрытый белесыми струпьями.

Но ответом ей были лишь выходящие изо рта ведьмы облачка магического пара, последние крупицы силы покидали её тело и растворялись в воздухе.

− Не смей умирать, злобная дрянь! Почему ты не сказала мне раньше, почему?! – Мориэлла взвыла, захлебываясь слезами. И оттолкнула от себя ведьму, как только почувствовала жжение на своих пальцах. Неконтролируемая магия вырвалась из них и выжгла дыры на ночной сорочке Марлен, носа коснулся запах горелой плоти.